– Сколько тут детей! – ошарашенно сказал Павел.
– Только пять, – ответила я, – правда, еще три собаки, кошка да дико зловредный попугай, может здорово в макушку клюнуть, если придешься не ко двору.
– С ногой-то у нее что?
– Рак костей.
Павел поперхнулся.
– Рак?! Сколько же ей лет?
– Тридцать восемь. Да не переживай, ногу ей ампутировали давно, еще в детстве, Алке лет десять было. Сказали, полгода кряхтеть осталось. Только надо Барсукову знать, она докторам фигу показала и живет себе великолепно, детей нарожала.
– Она замужем? – мужик никак не мог прийти в себя.
– Сейчас нет.
– А была?
– Ага, четыре раза."
"– Ну чего стоите, как дурак на именинах, – заорала Барсукова, – топайте сюда.
Мы вошли в просторную кухню, и я приказала:
– Так, слушайте меня! Это Павел, но его здесь нет и никогда не было, я никого не приводила.
– Отлично, – сказала Алка, – не было и не надо. Пусть угловую комнату занимает.
– Так там же Лешка живет?!
– Уже нет, – хихикнула десятилетняя Катька, – она его выгнала.
– За что?
– Он ей сказал, что Женька слишком много ботинок рвет, – наябедничал девятилетний Ванька.
– А Алка взяла его чемодан, – заржала одиннадцатилетняя Аня, – и в лестничный пролет спихнула. Шуму было! Словно бомба разорвалась. А Лешка как скажет!!!
– Эко диво! – ухмыльнулась я. – Могли и привыкнуть, что мать запросто всех сгрызет, кто вас, дурачков, обидит!
– Чисто гиена, – вздохнул Женька, – Лешка-то ничего был.
– Другой найдется, – отмахнулась Алка.
После чая я довела Павла до просторной угловой комнаты и пояснила:
– Белье в шкафу, устраивайся.
– Слышь, – очумело спросил парень, – а где она работает? Детей столько, ремонт отличный…
Я засмеялась:
– Угадай.
– Ну, – почесал в затылке «мармеладник», – торгует.
– Точно, только чем?
– Водкой?
Я решила больше не терзать мужика:
– Алка пишет любовные романы под псевдонимом Нора Бейтс.
– Погоди, погоди, – забормотал Паша, – Ленка их читала пачками… Нет, ты врешь! Нора Бейтс – англичанка! Я одну книжонку смотрел, там на обороте было написано!
Я захихикала:
– Ага, самая настоящая англичанка, цирк да и только!
– И за эти книжонки много платят? – не успокаивался Пашка.
– С каждого томика Барсукова получает около рубля…
– Фу!
– Так у нее тиражи по триста тысяч, умножь триста тысяч на рубль, сколько получишь? И потом учти, она пишет по книге в месяц и издает так же, усек?
– Во дела! – протянул парень.
