Его предыдущие описания моих работ были язвительно-критическими.
Крайне посредственно.
Изнурительно утомительно.
Ужасающе неоригинально.
Исключительно скучно.
Ужасающе скучно.
Скучно.
Скучно.
Скучно.
Это мой брат-близнец, дамы и господа. Он не стесняется говорить мне, насколько я плох по сравнению с его потусторонним талантом.
И неважно, что мои работы нравятся моей маме-художнице с мировым именем и профессорам. Неважно, сколько наград я получил за свои технически совершенные картины природы.
Лэну никогда не нравилась ни одна из них.
Ни одна.
— Это просто случайная работа, — бормочу я, борясь со своими эмоциями, когда делаю шаг к холсту, желая опустить его и спрятать все, что на нем изображено.
По какой-то причине я чувствую себя перед ним полностью обнаженным. Как в ту ночь, когда он обнял меня в последний раз.
Брат берет меня за плечо и поворачивает так, что мы оба смотрим на хаос красного и желтого. Огненный взрыв, который произвели мои пальцы в ответ на хаос, царящий в моем сознании.
— Если это случайность, то делай это постоянно, Брэн.
Серьезно, это твоя лучшая работа за долгое время, — он сжимает мое плечо. — Я же говорил тебе, что все наладится, если ты перестанешь сковывать себя.
Я напрягаюсь.
Нет. Я все еще сковываю себя. Я не могу перестать это делать.
Я контролирую себя.
Контроль.
Контроль.
Контроль.
Он разворачивает меня лицом к себе, когда я уже готов сорваться и покатиться по этой мерзкой дороге.
Его глаза сужаются.
— Пожалуйста, скажи мне, что это не потому, что ты вернулся к Кларе.
— При чем тут она…? — иногда я забываю, что мы вместе. Я постоянно придумываю всякие отговорки, чтобы не встречаться ночью или даже днем, и в качестве компенсации посылаю ей дизайнерские сумки и туфли.
— Она выставляет тебя напоказ в своем IG, как шлюха, привлекающая внимание.
— Лэн! Это слишком грубо.
— Ну, она такая. И золотоискательница тоже, — он хмурится. — Хоть убей, но никогда не пойму, какого черта ты продолжаешь возвращаться к этой сучке. Она изменяла тебе, много раз, и она настолько токсична, что наркотики кажутся радугой с единорогами по сравнению с ней.
— Слишком красноречиво из уст короля токсичности.
Он фыркает.
— Классический ход Брэна.
— Что?
— Всегда уходишь от темы, братишка. Бежишь, прячешься и уклоняешься от разговора, когда что-то приближается слишком близко к тебе. Это творит с тобой чертовы чудеса.
Я заставляю себя улыбнуться.
— Если ты закончил, будь добр, убирайся.
— Расстанься с ней, Брэн.
