Ты не представляешь, что он за человек, — сказал он мне в тот момент, когда захлебываясь слезами, я бросалась на него с кулаками и орала: «Ненавижу!».
Арс предал меня дважды, подставил перед человеком, который действительно мне был дорог! У которого огромное сердце, которое он зачем-то держит замороженным. Оно только стало оттаивать…
В его окнах горел свет. У ворот стояло несколько машин, но меня это не остановило, хотя была трусливая мысль сбежать. Дрожащими пальцами, нажав на дверной замок, отошла в тень. В жизни так не волновалась.
Я не цеплялась за Демьяна, хотя безумно любила. Если он решил порвать со мной отношения, значит, так тому и быть. Я переболею, смогу! Для меня важно было, чтобы Кайсынов меня выслушал. Чтобы знал, я не предавала. Хотела объяснить, почему малодушно смолчала, не рассказав о брате. Что до последнего не знала, что Арсений собирается меня использовать, чтобы выиграть долбанную ставку. Деньги и собственная шкура для моего братца оказались дороже единственной сестры…
Демьян вышел ко мне.
На лице еще не до конца сошли следы побоев. Сердце от боли за него разрывалось. На улице было холодно, а он стоял в одной футболке и низко сидящих на бедрах домашних штанах. Он тоже похудел.
— Зачем пришла, Раяна? — от его спокойного равнодушного голоса внутри что-то умирало. Я готова была к демонам в его взгляде, но не к холодности.
— Поговорить, — выдавила из себя. — Выслушаешь? — сжимая перед собой рюкзак.
— Нет, — ощущение, что отрезает последнюю нить, связывающую нас. — Ничего не изменится, не трать свое время.
Возвращайся в общежитие уже поздно, — развернувшись, ушел в дом, закрыв перед моим лицом вначале калитку, а потом и дверь дома, откуда лилась громкая музыка и слышны были голоса его друзей и подруг."
"Я не могла вернуться домой в таком состоянии. Не хотела, чтобы Ника видела, как я загибаюсь от боли. Там где раньше слышался стук сердце, была разрывающая пустота, она выжигала из моей крови веру, которая заставляла меня жить, бороться за место под солнцем.
В тот момент я поняла, что идя к дому Демьяна, подсознательно рассчитывала на примирение. Все это время я держалась только благодаря неосознанной вере, что у нас получится все исправить.
Парк с голыми деревьями, за которыми не спрячешься. Одинокая лавочка, которую я поспешила занять. Долго предаваться страданиям в городке, где все про всех знают невозможно. Через несколько минут в парке появилась группа ребят, они двигались в мою сторону. Поднявшись, я сбежала.
