Сил махать кулаками не осталось. Нужно вложиться в победный. Шанс предоставляется, когда Питбуль бьет меня по корпусу. Понимаю, что если закрою печень от удара, не успею контратаковать. Вкладываю всю силу, прицельно бью. Питбуль попадает по печени. Не так сильно, как в первый раз, но достаточно, чтобы поставить меня на колени. Стою на коленях, ничего не видя из-за темной пелены перед глазами. В голове шум крови.
— Можешь встать? — спрашивает судья на ринге.
— Да. Я в норме, — тряхнув головой, фокусирую на нем взгляд и только потом вижу лежащего на ринге соперника, рядом с которым крутится доктор.
Рефери дергает мою руку вверх, как только я поднимаюсь на ноги. Сквозь шум крови доносятся крики, свист, аплодисменты. На все по@й. Качает, все плывет перед глазами, но я взглядом ищу Макара. Пусть отвезет меня домой.
Глава 64
Раяна— Янка, поешь, — Ника двигает ко мне тарелку с овсяной кашей, куда нарезала кусочки кураги и орехов.
Есть нужно, за последние три недели я похудела на четыре килограмма, при моем и так небольшом весе сильно бросается в глаза.
Вещи висят, словно на манекене. Джинсы без ремня сползают. Приходится носить платья, которых благодаря Демьяну в моем гардеробе предостаточно.
Бросаю взгляд на папку, которую вчера вечером Ян передал мне через Нику. Слезы накатывают на глаза, срываются прямо в тарелку с кашей. Они когда-нибудь закончатся? Неужели за три недели я еще не все выплакала?
Запихиваю в себя несколько ложек каши, запиваю остывшим чаем. С Никой мы почти не говорим о моих переживаниях.
Я рассказала все в тот день, когда вернулась из «Подземелья». Демьяна увез брат, со мной он говорить не стал. Даже не посмотрел в мою сторону, когда я бежала за ним и просила выслушать.
Я ходила к его дому в надежде, что он остынет и мы поговорим. Демьяна не было дома. Его лекции читал Герман. От него узнала, что Демьян перебрался к отцу. На мои сообщения он не отвечал, они так и весели непрочитанными. Удалил не открывая? Мой номер телефона не бросил в черный список, но на звонки не отвечал.
Пять дней назад Ника увидела его с Яном и сказала мне. Вечером я пошла к Демьяну домой. Чего мне это стоило, знаю только я. Кто-то может сказать, зачем бы бегаешь за ним, зачем унижаешься? Я не чувствовала себя униженной, потому что захлебывалась от чувства вины. Если бы я рассказала Демьяну про Арсения, брат бы не смог использовать меня. А Арс использовал. Сам признался.
— Прости, Янка, я много проиграл, если отец узнает, он закопает меня живьем.
