Не слышу ничего вокруг, вижу лишь ее искаженное криком лицо и глаза, в которых боль и слезы. Самые красивые глаза… и самые лживые. Нельзя им было верить.
Еще удар и я падаю! Слышу отсчет:
— Один… два… три…
— Демьян, поднимайся, брат! — орет Макар.
Не хочу вставать! Хочу уплыть в темноту, чтобы не чувствовать агонии в груди. Там сейчас умирает душа, сердце захлебывается кровью. В горло словно битого стекла напихали, дышать нечем! Сука! Я же тебе поверил. Тебе одной! В твоих глазах утонул! Полюбил…
Лучше бы сдох!
— Шесть… семь…
Вот она женская сучья женская природа! Всегда и во всем лгать! Выжгла меня, отравила ядом! Я за тебя весь мир порвать готов был! А ты…
Мразь!
— Восемь…
Ненавижу!
— Демьян, я тебе сейчас сам врежу, если ты не встанешь! — врезается голос Макара в уплывающее сознание.
Мобилизует угроза.
Открываю глаза, ведет немного, но не страшно.
— Девять…
Встаю на ноги. Рефери в ринге смотрит мне в глаза, уверяю, что я в норме. Нихрена не в норме, но этой лживой суке я не дам увидеть, как меня сломают.
Мои демоны питаются моей кровью и болью. Перед глазами до сих пор маячит довольное лицо Ареса. Сука все это подстроил! Раяна знала? Видимо не была в курсе, что ее используют, но это ее никак не оправдывает.
Нахожу взглядом Ареса и посылаю ему «улыбку». Тебе нужно, чтобы я проиграл этот бой? Долги свои решил закрыть, чтобы папочка ни о чем не узнал? Соси, урод!
Ловлю на себе взгляд Кулесова. Перед тренером реально стыдно. Он в меня душу вкладывал, подвел его. Думал, хуже не может быть, душа и так в ошметках, оказывается, остались там нервные волокна, которые отзываются болью.
Не простит, не примет, но сейчас он мне посылает взгляд, заряжающий на победу. Поднимает руку и сжимает кулак, без слов дает установку."
"За бой я еще два раза оказываюсь лежащим на ринге. Поднимаюсь лишь благодаря ненависти, что продолжает выжигать нутро. Я не вижу Раяну, но знаю, что она на трибунах. Ни ей, ни ее уебку брату я не дам насладиться моим проигрышем! Арес потеряет то, что поставил на Питбуля.
Его я тоже изрядно измотал. Удары у него, словно тебя кувалдой бьют, но и мои кулаки долетают до его челюсти, которую я сломал в пятом раунде. Слюной и кровью закапал весь ринг, но не сдается. И я не сдамся.
Предпоследний раунд. Ноги едва держат, но я не показываю, как вымотался. Бой тяжелый, словами не передать. Любой пропущенный удар может стать последним. Я собираюсь, максимально концентрируюсь. Не даю по себе попасть, выцеливаю свой удар.
