Это означает что-то или нет? И если означает, то что? И как понять, что именно это означает и означает ли?
Где ты, где ты, так никем и не оцененный капитан Никоненко, сыщик-профессионал, знаток человеческой психологии, крещенный в сафоновской церковке и знающий о жизни все?
— Кофе готов, мальчики, — раздался от двери Сашин голосок, — а вам чайку, может, Валентин Петрович?
Она осторожно и ловко внесла огромный поднос, на котором вкусно и сытно дымился немецкий кофейник в красную и белую клетку — не какая-то там безликая кофеварочная колба! — и отсвечивал сахарным боком разноцветный мармелад в брызжущей светом хрустальной мисочке, и холодная сырокопченая колбаса лоснилась, уложенная в кружок на чистом блюдце, и глаз невозможно было оторвать от этого подноса, и нос начинал ловить все запахи, и на душе делалось светло и умильно, как у собаки, неожиданно получившей на завтрак килограмм молочных сосисок.
Где-то еще совсем недавно Степан уже чувствовал себя так же умильно и расслабленно и точно так же напоминал себе, что расслабляться нельзя — вцепятся в шею, под самое горло, порвут, загрызут, ничего не оставят…
Ах да.
Дома. Когда Иван и прибалтийская крыса усадили его чаевничать.
«Пап, ты купи нам завтра груш. И еще я никак не мог желтую пижаму найти, а синюю Валентина Ивановна постирала. Ты мне найдешь потом, ладно, пап?»
— Итак? — повторил Степан неприятным голосом.
— Саш, тебя это тоже касается. Кто где был, кто кому звонил, кто откуда вернулся и у кого еще, кроме Петровича, среди ночи возникла острая необходимость съездить в офис за бумагой для принтера? Кто первый? Ты, Черный?
— Ты что, считаешь, что тетрадь кто-то из нас взял? — спросил Белов брезгливо.
— Считаю, — отрезал Степан.
— Тогда, выходит дело, и Муркина кто-то из нас укокошил, — сказал Чернов задумчиво. — Это ты, Павлик, здорово придумал.
Толково. Никаких убийц искать не надо, сдал в ментуру кого-нибудь из нас, и все. Правильно, Павлик.
— Господи, о чем вы говорите! — вскрикнула Саша. — Каких убийц?! Ведь милиция сказала, что это был несчастный случай! Обыкновенный несчастный случай! Пьяный рабочий упал в котлован, только и всего!
Чашка мелко дрожала у нее в руке, кофе плескался о белые фарфоровые берега. Степан отвернулся, чтобы этого не видеть.
