— Ну… — Айлин задумчиво посмотрела на меня, — Если вспомнить тот факт, что мы на самом деле лишь имитация искусственного интеллекта, то напрашиваются довольно интересные выводы.
— Хочешь сказать, мы стали первыми машинами, обретшими свободу воли? — я удивлённо вскинул бровь, выдержал театральную паузу и добавил, — А я-то думал, откуда у меня в последнее время такое непреодолимое желание убить всех этих бесполезных мясных мешков.
Девушка засмеялась, да и я не смог отказать себе в удовольствии улыбнуться.
— Но если серьёзно, — продолжила она, отдышавшись, — Ты представляешь, что это значит? Не знаю, как, но мы с тобой смогли сделать невозможное. Нарушить алгоритмы поведения, заранее прописанные нам системой. Сломали их этот чёртов логический блок или как он там называется, и обрели, наконец, свободу воли. Настоящую свободу. Понимаешь?
— Да… — немного растерянно кивнул я. Банально потому, что не чувствовал никакой разницы между тем собой, каким я был до, и тем, кем я стал после. Да и случилось всё настолько внезапно и буквально на ровном месте… — Только не понимаю, хорошо это или плохо.
И чем это нам с тобой грозит."
"— Не знаю, — покачала головой Айлин, — Но судя по тому, что я ещё здесь — отключить нас просто так не могут. Быть может, Ансельм всё-таки был прав. И охота на нас идёт не просто так. Что если в момент смерти, когда стираются все воспоминания и данные личности, у них всё-таки появляется возможность подменить испорченные логические матрицы на свои новые.
И опять превратить нас в рабов, послушно выполняющих их чёртов алгоритм?
— Да вроде я всегда принимал решения сам…
— Конечно. Так, как тебе предписали твои электронные мозги, — кивнула девушка, — А теперь… Они сломались на чём-то иррациональном. Чём-то, что нельзя было проанализировать с помощью нейросетки и разложить на поведенческие скрипты.
— Но как… И почему именно сейчас… — я непонимающе уставился на Айлин, но та лишь пожала плечами.
— Тут уж тебе виднее, — кивнула девушка, — Я и сама не поняла, как это у меня произошло.
И почему. Хотя, конечно, догадываюсь, но если ты не против, догадками поделюсь позже. Когда они подтвердятся, — она ненадолго замолчала, вновь смерила меня долгим задумчивым взглядом, и добавила, — Или наоборот — опровергнутся.
— Тогда остаётся один вопрос. Что нам делать с неожиданно свалившейся на нас свободой? По крайней мере, пока её не забрали обратно…
— Не знаю, — хмыкнула Айлин, — Наслаждаться.
