– Ты абсолютно уверен в том, что говоришь? – спросил Костромин.
– Включите карту Москвы для второго разговора. Точка покажет или офис Али в Китай-городе, где-то в Златоустовском переулке, или казино на Волгоградском проспекте. Не на самом проспекте, но рядом с ним.
Комиссар усердно защелкал мышкой.
– Да. Рядом с Волгоградским проспектом. Какое-то отдельное здание. Не могу сказать, сколько этажей... У здания свой двор с машинами, рядом автостоянка...
– Это и есть казино Али Алимханова.
Пауза висела в воздухе больше минуты.
– Саша, ты меня просто удивляешь... – сказал Костромин. – Я слышал много о твоих способностях делать выводы. Но и предположить не мог такого. По этому поводу предлагаю всем перейти на «ты».
– Я согласен, – сказал Александр, – однако я не рассказал вам еще самого главного...
В дверь позвонили.
– Это Доктор, – сказал Тобако. – Я открою. Без меня не продолжайте...
Он вышел к двери и через минуту вернулся вместе с Гагариным.
– Я вам сейчас таких страстей нарасскажу... – сразу сообщил Доктор.
– Подожди. Мы не дослушали рассказ о других страстях, – усмехнулся Андрей. – Послушаешь, про свои страсти забудешь. Продолжай, Саша... Мы тебя слушаем...
– Как так, – спросил Доктор. – Вы перешли на «ты», а меня в свою компанию не приглашаете? Я вам разве совсем чужой человек?
– Приглашаем, – согласился Александр. – Но я продолжу, пока мысль движется в нужном направлении. Итак, мы остановились на том, что я хотел сообщить о самом главном. О цели приезда в Москву Руслана Салдуева.
– Салдуев в Москве? – удивился Доктор.
– Саша уверил нас, что это так. И вполне доказательно. Мы вынуждены поверить его логике. Ты бы тоже поверил, если бы слушал с самого начала. Продолжай, Саша, продолжай...
– Мы уже говорили сегодня о хвастливости Руслана Салдуева. Да, я согласен, при его склонности к неадекватной оценке собственной значимости поездка в Москву явилась бы поводом для многочисленных интервью. Он большой любитель давать интервью. Тем не менее он не настолько рисковый человек, чтобы позволить себе такое.
Более того, я не побоюсь утверждать, что он труслив. Это я знаю из собственного опыта чеченской командировки. Мы тогда обложили небольшую группу – десять человек из его отряда. Нас было всего около взвода. А он с двадцатью боевиками был, как потом выяснилось на допросах пленных, у нас за спиной. И мог бы атаковать, чтобы выручить своих. Силы были бы равны, но мы оказались бы в этом случае в окружении – под кинжальным огнем.
