На локтевом сгибе отчетливо видны следы от шприца.
– Наверное, только пробовала...
– Тогда ей это не в диковинку...
Девушка пытается вырвать руку, пытается сказать, что у нее брали кровь для анализа на гепатит, потому что отец во время командировки в Чечню заболел гепатитом, что у всей семьи брали такой анализ, но ей ничего сказать не удается. И рука человека прочно держит ее локоть. Не вырваться.
– Ты сильно не дергайся... Не суетись, дорогая, а то сломается игла, и останется кончик по вене плавать... Больно будет.
..
Она и так уже почти не сопротивляется. Сил для сопротивления слишком мало. Хотя сказать она хочет много, сказать зло и возмущенно, припугнуть отцом, который этого так не оставит, пригрозить, что отцовские спецназовцы всю Москву перевернут, а найдут обидчиков дочери... От бессилия много сказать хочется...
Вторая мужская рука сильно сдавила мышцы выше локтя. До боли сдавила. Крикнуть в рев захотелось, но крик застрял в прижатом рту, заставляя давиться звуком и слюной. Игла поднялась вверх страшным своим жалом, большой палец мужчины медленно надавил на шприц, и на кончике иглы выступили капли жидкости.
– Осторожнее, – сказал кто-то сзади. – Все не вылей...
– Нельзя, чтобы кислород в кровь попал, а то умрет..."
"«Значит, убивать не хотят...» – ясно осознает девушка и слегка расслабляется, понимая, что сопротивляться не в силах.
Теперь вена выступила достаточно отчетливо, вздулась неровной и слегка бугристой синей линией.
– Хорошо, хорошо, хорошие вены, так и просят иглу...
Игла приблизилась, игла медленно прицелилась и вошла в вену почти без боли. Боль доставляли руки, которые сжимали ее.
Большой палец медленно, почти с наслаждением давил на шприц, настойчиво перекачивая жидкость из пластмассовой емкости в вену.
– Следи за ее глазами, – сказали с заднего сиденья. Кажется, тот человек, что зажимал девушке рот. По крайней мере, сказал он это ей в ухо, хотя обращался к другому, тому, что оказался спереди. – За глазами следи. Когда зрачок расширится, скажешь...
Несколько секунд стояла тишина.
Тело девушки начало ощутимо расслабляться.
– Расширяется... Быстро расширяется... Очень быстро...
Красивый мужчина, что держал раньше микрофон, отодвигается.
– Она готова... Плывет...
Разжались руки, отпустили рот, но не убрались совсем, готовые снова сомкнуться. Но девушка не видит их. Она живет в другом мире...
Тогда человек, что держал ее, пододвигается лицом почти к самому уху.
– Как тебя зовут?
– Настя.
– Фамилия?
– Сомова.
