– Если тебе предложат в театре роль бесконечно тупого мужика, который не замечает, как его любят, то соглашайся, она просто для тебя создана!
– Эй, – вытаращил глаза полковник, – какая муха тебя укусила?
– Сиди молча и слушай! – велела я и стукнула кулаком по столу.
Александр Михайлович вскинул брови и вдруг сказал:
– Я весь внимание. Говори.
Глава тридцать вторая
Члены команды вернулись в офис где-то через час. Все делали вид, что ничего особенного не произошло, они просто перекусили и готовы продолжать работу.
И вроде все шло нормально, но в воздухе пахло озоном. Похоже, запах грозы, которая только что блистала молниями, ощутили все, включая полковника, который, как правило, не замечает, в каком настроении находятся члены его команды. Он тихо спросил:
– Удалось найти информацию по Надежде Ворониной?
– Сведений о ней мало, – отрапортовал Кузя, – родилась в тысяча девятьсот семнадцатом году. Была прописана в селе Стройкино.
– Оно находится неподалеку от Повалкова, – оживилась я, – когда съезжаешь со скоростного шоссе на местную магистраль, через пару километров есть указатель на Стройкино.
– Воронина умерла, – продолжал Кузьмин, – дом принадлежит Потаповой Нелли Ильиничне, дочери покойной, она появилась на свет в тысяча девятьсот пятьдесят втором. Кроме девочки, у Надежды были сыновья: Михаил и Федор. Сейчас Нелли – директор сельской школы в Повалкове, ее посещают ребята из соседних деревень. О сыновьях я пока ничего не нашел, только имена узнал. Сегодня воскресенье, поэтому…
– Да ну? – удивился Сеня.
– Почему-то я думал, что выходной наступит через два дня.
– У нас работа не по графику – пять рабочих дней и пара выходных, – напомнила я, – а служба ненормированная.
– В воскресенье директриса дома, – продолжал Кузя, – я поговорил с ней, она никуда не уйдет. Предупредила, что по телефону общаться не станет, только с глазу на глаз. Очень просила: если кто к ней из нас поедет, привезти большой пакет корма для кота по кличке Пушок. У Нелли ноги болят, ей тяжело в торговый центр самой ехать.
Деньги она вернет.
Я встала.
– Порулю в Стройкино. Или кто-то другой хочет?
– Нет, – ответил хор голосов.
– И почему я не сомневалась, что услышу такой ответ, – вздохнула я и направилась к машине.
Когда Нелли Ильинична впустила меня на участок, мне сразу стало понятно, почему у директора школы болят ноги. Мы с ней были примерно одного роста, но вес у владелицы симпатичного дома зашкаливал, наверное, за полтора центнера.
