По окончании беседы получите свечу бесплатно. Очень выгодное предложение.
– Согласна, – ответила я.
– Вам повезло. Есть прием в шестнадцать. Как вас зовут? – поинтересовался собеседник.
– Жена, Людмила! – вдруг закричал Дегтярев. – Хватит болтать, я жрать хочу!
– Людмила, – повторил Иосиф, – ждем вас.
Теперь из ноутбука полетели короткие гудки.
– Ты меня звал? – спросила Марина, заглядывая в офис.
– Нет, но хорошо, что ты пришла, садись, – велел полковник, – надо встретиться с Екатериной, прикинуться ее клиенткой, Даша пойти не может.
Эта Катя ее видела и никогда не поверит, что Васильева решила к ней за советом обратиться. Отправишься на беседу ты, роль дуры тебе прекрасно подходит, много актерского таланта не потребуется.
У меня от удивления, смешанного с негодованием, пропал дар речи. А Марина тихо сказала:
– Ты прав, я не обладаю большим умом, но зачем к идиотке обращаться? Не по Сеньке шапка, я не справлюсь с заданием. Извини!
Марина встала и ушла.
– Что это с ней? – изумился полковник.
– Мариша – просто молодец, – сказал Кузя, – девять баб из десяти, услышав, как их при посторонних назвали дурой, такой скандалище закатили бы! А она с достоинством удалилась, ни одного грубого слова не произнесла. Респект ей и уважуха.
– Я не обзывал Марину дурой, – возразил Дегтярев.
– Все слышали грубость, – встал на сторону Кузи Семен, – прости, Александр Михайлович, мы тебя уважаем, знаем, какой ты умный сыщик. Но сейчас совсем нехорошо получилось. Даша, ты как считаешь?
Я кивнула.
– Марина – умница.
Ох, боюсь, что она примет решение, которое никого из нас не обрадует.
– Да не хамил я ей, – растерялся толстяк, – женщины от природы мыслят иначе, чем мужчины. Я всегда это при беседах учитываю. Сейчас стал объяснять Марине, какую роль ей придется исполнить при беседе с Екатериной: выглядеть надо дура дурой, приободрил: ей для этого особенно стараться не придется.
Я вскочила и побежала на второй этаж, где живет Мариша, и увидела картину, которая мне совсем не понравилась.
На кровати лежал открытый чемодан, в него комом были свалены вещи.
– Эй, эй, – испугалась я, – остановись.
Марина села в кресло.
– Дашута! Я очень надеялась, что Саша поймет: с моей стороны дружеские чувства переросли в любовь. Подозревать меня в корысти у Дегтярева нет оснований. Я хорошо зарабатываю и не нуждаюсь в спонсоре. У Александра Михайловича с деньгами намного хуже, чем у меня. Какой у него доход? Пенсия и деньги от сдачи дома, который ему сын подарил.
