Подводный вулкан – почему она сразу о нём не подумала?
– Давайте отойдём подальше в море, а потом двинемся вдоль берега на юг, в сторону Лоихи. Может, заметим что-нибудь подозрительное.
– Ладно, – буркнул Джона Симмондс и пошёл заводить дизельные двигатели.
Часам к двум ночи Леон понял, что поспать ему не дадут. Он и так чувствовал себя разбитым, а теперь ещё глаза слипались. Один раз он уронил голову на грудь – и чуть не упал со стула. Он уже давно не мог сосредоточиться, и вопросы, которые ему задавали, не доходили до его сознания.
С ним осталась одна Роджерс – Тим вышел и не вернулся. Вот он-то, наверное, прилёг вздремнуть! У Леона в голове не укладывалось, что Тим его предал, но он отгонял от себя эту мысль. Иначе всё кончено – тогда у него уже не будет сил сопротивляться. И почему Тим не ответил на вопрос о родителях? У Леона не выходило это из головы.
Леон скользнул взглядом по лицу Фабьенн Роджерс: при тусклом бортовом освещении под макияжем проглядывала дряблая кожа щёк, резче обозначились морщины на шее, напомнившей Леону галапагосскую черепаху, а из бледно-голубых глаз исчезли остатки цвета.
Помада, проникнув в крошечные морщинки вокруг губ, образовала тонкие красные линии.
– Если у вас нет для меня свободной койки, дайте мне хотя бы одеяло, и я буду спать на полу! – заорал на неё Леон. Но он и так знал, каким будет ответ:
– Прости, но мы ещё не закончили: боюсь, сегодня засидимся допоздна. – Фабьенн Роджерс, шелестя шёлковым спортивным костюмом, закинула ногу на ногу и положила ладони на колени.
– Ну что, поразмыслил о добыче энергии? Если хочешь, покажем тебе скважину – у нас здесь есть батискаф. Нам правда очень нужно убедить тебя в важности нашего проекта.
– Миссис Роджерс, – спросил Леон, отчаянно борясь со сном, – почему я настолько для вас важен, что вы меня во всё это посвящаете? Что вы тогда во мне разглядели?
Их глаза встретились, и Фабьенн Роджерс, чуть помедлив, на удивление мягко ответила:"
"– Ты вряд ли помнишь – уже больше десяти лет прошло. Вы тогда ещё жили в Калифорнии.
Мы с мужем были на пляже с тобой и твоими родителями: мы хорошо ладили и иногда встречались вне работы. Ты всё время торчал в воде в ластах и очках для ныряния, а потом, весь сияя, подбежал к нам и позвал посмотреть на твою новую подружку.
– Подружку? – апатично переспросил Леон.
– Да. Там на мелководье между валунов извивалась молодая мурена. Твоих родителей чуть инфаркт не хватил, когда она подплыла совсем близко к тебе, а ты её погладил.
