Кензо Накамура никогда не сможет завладеть моим сердцем, потому что, если я отдам его ему, он вернет его только по частям.
ГЛАВА 16
Кензо
Дом ее отца переполнен всем высшим обществом Нового Орлеана, присутствовавшим на нашем репетиционном ужине. Не то чтобы это была большая репетиция, поскольку моя невеста в настоящее время отказывается со мной разговаривать. Она была немного замкнутой, когда мы покидали Харуми после ужина, но теперь она полностью меня заморозила.
И все из-за одного чертова любопытного репортера.
Я не сомневаюсь, что это подстроила Саори. Угол фотографии подсказал мне, что она была сделана прямо за дверью патио. Я не был уверен, как он туда вернулся. Он не мог пройти через ресторан. Если бы он это сделал, мои люди остановили бы его.
Колсон Уэллс хорошо известен моим людям, и ему запрещено посещать почти все мои заведения. А это значит, что ему пришлось пробраться внутрь. Ватару нашел слабое место в сетчатом заборе сразу за садовой комнатой, где я всегда устраиваю ужины в ресторане.
— Похоже на болторезы, — сказал он мне. — Кто-то тебя подставил.
И этот кто-то, без сомнения, Саори. Чего я не могу понять, так это почему. Мы разорвали наши отношения за несколько лет до того, как я собирался жениться на Эвелин. Какими бы ни были ее доводы, фотография, которую Колсон сунул моей жене, когда мы выходили из ресторана, сыграла свою роль. И теперь она снова ненавидит меня.
Не помогает и то, что я отказался отвечать ни на один из ее вопросов, касающихся ситуации или Саори.
Это не ее дело, и хотя она меня сейчас и выгнала, это не будет длиться вечно. Я мог бы сказать ей, что Саори меня поцеловала. Что я отказал ей в предложении, но я этого не сделал, потому что это гарантирует, что моя жена поймет, что наш брак — не что иное, как договоренность.
Любви здесь не будет.
Эвелин закусывает нижнюю губу, пока мы проходим через парадную дверь. Я беру ее руку в свою и крепко сжимаю, когда она пытается отстраниться.
Здесь нам нужно выглядеть единым фронтом, а ей нужно сыграть роль любящей невесты.
— Эвелин, — женщина лет сорока пяти приветствует мою жену, целуя ее в каждую щеку, как будто мы находимся в чертовой Франции.
— Мейбл, — моя жена улыбается пожилой женщине, но улыбка не достигает ее глаз. — Как вы?"
"— Я в порядке, дорогая, — говорит она, делая глоток мартини и глядя на меня. — Я была очень рада услышать, что вы вернулись из поездки за границу.
