Именно по этой причине мой отец решил покинуть свою родную страну и начать все заново.
Он всегда говорил, что быть преступниками не означает, что мы должны быть дикарями. Страх — это серьезная мотивация предательства, а не верности. Лояльность достигается, показывая людям, что у них есть люди, которых можно назвать семьей, не испытывая постоянного страха, что одна неверная оплошность приведет к пуле в голове.
Наказание должно соответствовать преступлению, вот что он всегда говорил.
Служить правосудию Чарити ЛаМонтань на конце своего меча не было бы истинным правосудием для моего брата.
Для нее это было бы слишком легко. Мой отец придумал идеальный способ предотвратить убийство невинных людей и одновременно отомстить Чарити.
Но я знаю, что это не могло быть единственной причиной, по которой он заключил брачный контракт. Он мог бы сделать еще несколько вещей, от которых Чарити воспитывала детей, которых она никогда не хотела и от которых планировала избавиться. Вспоминая все времена, когда мы посещали их дом, пока я рос, я задаюсь вопросом, полюбил ли мой отец Эвелин.
Он приносил ей сладости и игрушки. Были времена, когда он брал ее с собой в поездки по городу.
Он показал ей привязанность. То, что ее родители никогда по-настоящему не давали ей.
— Я понял, — Виталий торжествующе кричит со своего места в баре. Вчера он появился совершенно неожиданно со своим оборудованием и женщиной в наручниках.
— Не спрашивай, — проворчал он, когда я впустил его и показал на одну из спален для гостей.
Несмотря на свое затруднительное положение, женщина ни разу не закричала и не позвала на помощь. Она совсем не выглядела испуганной. Но она, черт возьми, выглядела раздраженной.
Поднявшись с мягкого дивана, я подхожу к своему другу, пристально вглядываясь через его плечо в записи с камер видеонаблюдения в отеле. Наши поиски Благотворительности оказались бесплодными, и разочарование нарастает с каждым часом. Мы прочесали каждый дюйм первоначальной записи в ночь нашей свадьбы, но не было никаких следов ее ухода через какой-либо выход.
Она как будто просто растворилась в воздухе.
— Что ты нашел? — жадно спрашиваю я. Виталий указывает на несколько областей на экране, которые кажутся моему глазу ничем не примечательными, но его острый ум способен обнаружить небольшие неточности, которые не совсем совпадают, как ожидалось.
— Видишь эти красные маркеры здесь и здесь? — он указывает на два, казалось бы, одинаковых раздела.
