Есть что-то в том, как он растягивает меня и слышит свои стоны удовольствия, что наполняет меня так, как я никогда не думала, что это возможно.
— Вот и все, маленькая искорка, — мне нравится, когда он называет меня маленькой искоркой. Мышцы его шеи напрягаются, когда он смотрит на меня сверху вниз. — Возьми весь член твоего мужа, — наблюдать за тем, как он приближается к освобождению, доставляет мне удовольствие. Падение приближается, и я хватаюсь за его бицепс, поднимаясь, когда момент приближается. Он стонет мое имя, а его тело дергается, от чего я еще сильнее падаю в пропасть.
Мы задыхаемся и потеем, но сыты."
"Он перекатывается на спину, увлекая меня за собой и прижимая к себе. Сегодня мы просто муж и жена. Однако завтра начнется нечто совершенно новое.
Если бы только этот момент мира мог длиться долго.
Но я знаю так же хорошо, как и любой другой, что то, что идет вверх, должно упасть.
ГЛАВА 23
Кензо
— Выходи, выходи, где бы ты ни была, — бормочу я, просматривая записи с камер видеонаблюдения в ночь свадьбы.
Прошла почти неделя, а о Чарити ЛаМонтань никто не видел и не слышал. Она словно исчезла с лица земли. Передо мной есть два сценария, с которыми мне придется бороться. Либо она действительно хороша в прятках, либо она мертва. Первое кажется более правдоподобным, но сомнения горят в глубине моего сознания, делая второе более правдоподобным.
Моя жена уверена, что ее мать не имела никакого отношения к женщинам, ставшим жертвами торговли людьми, которых она нашла, пытаясь встретиться с Сантьяго Альваресом, но я не оставлю камня на камне.
Меня беспокоит и еще кое-что. Разговор с моей матерью. Я никогда не осознавал, насколько против этого брака на самом деле была и до сих пор выступает моя мать. Конечно, были времена, когда она пыталась убедить меня отказаться от брачного контракта.
Разорвать его, как будто его никогда и не было, но я не мог. Мой отец хотел, чтобы это сработало, и хотя я никогда не узнаю, что это такое, у него были свои причины.
Моя мать также посоветовала мне не искать Эвелин, когда она убегала. Сказала мне, что оно того не стоит. Я думал, она просто пыталась уберечь меня от напрасной траты сил и энергии, но теперь мне интересно, не было ли это чего-то более глубокого. Я могу понять сдержанность моей матери. Чарити ЛаМонтань убила её старшего сына и, по мнению моей матери, отделалась безнаказанно. В Японии женщину ставили бы в пример, независимо от того, беременна она или нет.
