В том, чтобы проникнуть ему под кожу, есть какой-то болезненный трепет.
— Или я снова свяжу тебя. — он делает паузу. — Подожди. Тебе бы это понравилось, не так ли?
Я сжимаю губы в тонкую линию, сдерживая крик «да, черт».
Он дважды стучит меня по носу. Этот жест превратился в зависимость.
— Я подожду.
Как влюблённая идиотка, я смотрю на его сильную, широкую спину, когда он идет по коридорам.
Он просто слишком высок и хорошо сложен, что несправедливо.
Мой собственный Викинг.
Когда я поворачиваюсь, чтобы войти в класс, кто-то ударяет меня плечом по пути внутрь.
Николь."
"Она очень агрессивна в эти недели. Обычно я наношу ответный удар, но не хочу создавать с ней проблем. Если она расскажет папе о нас с Леви, все станет еще мрачнее, чем когда-либо.
Единственная причина, по которой она держит рот на замке о моих отношениях с Леви, заключается в том, что я пригрозила ей, что ее сексуальные похождения с Кристофером под крышей нашего дома также станут известны.
Это держит ее в узде. Отчасти.
Они с Хлоей все еще бросают в меня колкие слова, будь то в коридорах или на играх.
Я решила отключить их как фоновый шум.
Я наконец-то живу своей жизнью, как всегда, хотела, и не позволю им или кому-либо еще разрушить ее для меня.
С каждым сеансом с доктором я начинаю ценить все, что я имею. Даже примиряюсь с тем, что, возможно, никогда не верну свои воспоминания о ночи аварии, и что все в полном порядке.
Мои воспоминания или какая-то обида, которую я держу, не определяют меня. Мое прошлое не определяет меня.
С тех пор, как я приняла это решение, мне стало более комфортно в своей коже, и я даже начала возвращать свою музу. Маленькими шагами, но она возвращается.
Я хочу сказать, что все это из-за терапии, но это не так. Существует другой тип терапии, заключенный в загадке под названием Леви.
С тех пор как я узнала, что именно он спас меня той ночью, мне кажется, что кто-то вдохнул свежий воздух в мою душу. Мой собственный вид второго шанса.
Мне дали этот второй шанс не просто так.
Я всегда думала, что Леви был моим хулиганом и мучителем, но, возможно, с самого начала он был чем-то большим.
Я не настолько наивна, чтобы думать, что жизнь с Леви легка. Нет. Хотя ему не передалось психическое заболевание отца, у него имеется суицидальная интенсивность, которая требует от меня всего.
Всякий раз, когда он предлагает кусочек своего сердца, он конфискует мое взамен. Я просто надеюсь, что к концу оно не будет сломано без возможности ремонта.
