Лейкин понятия не имеет, что ее приучили быть послушной. Просить о самых простых вещах в жизни.
Протягивая руку, я беру ее лицо в ладони, и ее губы приоткрываются. Провожу большим пальцем по помаде телесного цвета.
— Не стоит недооценивать мою способность унижать тебя, дорогая. Это произойдет. Но прямо сейчас я предоставляю тебе выбор: я сделаю это в другой раз, в уединении нашего дома, или на глазах у всех, кого ты любишь.
Слеза скатывается с ее накрашенных черным ресниц. Я ловлю ее костяшками пальцев, прежде чем она стекает по ее лицу, и вытираю.
— Не плачь, Лейк. Ты испортишь свой макияж. Поплачешь позже.
Прошло три года с тех пор, как я видел ее в последний раз, и она выглядит совсем не так, как раньше. Когда-то у нее были темные волосы, теперь они стали светло-русыми. Она собрала волосы в тугой пучок на затылке, демонстрируя свое личико куклы Барби, пухлые губы и ярко-голубые глаза. Ее свадебное платье без бретелек ниспадает между грудей, создавая иллюзию сердца.
Я опускаю глаза, и могу сказать, что ей сделали татуировку на груди.
Это дело рук Люка. Лорд знает, какие девушки ему нравятся, и у него было время превратить свою будущую жену именно в такую. Она была доведена до совершенства именно такой, какой он ее хочет. Я бы не сказал, что мне это не нравится, но это не то, что я бы выбрал для нее. Не то чтобы это имело значение. Лейкин Грейс Минсон - не более чем кукла, с которой можно поиграть. Игрушка, которую можно использовать и выставить на всеобщее обозрение.
— У меня есть для тебя подарок, - говорю я ей, отступая, и слышу, как она глубоко вздыхает теперь, когда я увеличил расстояние между нами.
Подойдя к сумке, достаю прямоугольную черную бархатную коробочку. Возвращаясь к ней, открываю ее, и ее взгляд опускается, прежде чем медленно встретиться с моим.
— Повернись, - приказываю я, игнорируя вопросительный взгляд ее широко раскрытых глаз.
Сглотнув, она поворачивается ко мне спиной. Мне приходится помогать ей со шлейфом платья, чтобы она не споткнулась о него.
Не хочу, чтобы она причинила себе боль до того, как возьмет мою фамилию. Протягивая руку, я хватаю жемчуг и дергаю, разрывая тонкое ожерелье от Тиффани. Звук, с которым они подпрыгивают на старом деревянном полу, заставляет ее резко вдохнуть.
Достав подарок из коробки, я бросаю упаковку и надеваю на ее тонкую шею черный бархат, прежде чем застегнуть сзади. Идеально, как я и предполагал.
