— Все кончено, Лайкин, - наконец говорит мой отец.
— Нет. - Я качаю головой, отказываясь в это верить. — Я не могу...
— Лорды предоставили ему выбор. И он выбрал тебя.
Выбор? Зачем я ему понадобилась? Я вырываю свои руки из его.
— Нет. Я этого не сделаю. - Я бросаюсь к двери, но он хватает меня за плечо, останавливая. Его пальцы сжимают мою руку, заставляя меня вскрикнуть.
— Я не позволю тебе опозорить нашу семью! - кричит он на меня, заставляя мою грудь сжаться.
— Какое отношение к этому имеет наша семья? - Мне интересно, но он не отвечает.
— Папа...
— Лорды высказались, и это окончательное решение. Ты пойдешь к алтарю со своим братом и выйдешь замуж за Тайсона.
Почему я должна отдавать себя Тайсону, когда моему собственному отцу все равно?
— Пожалуйста, - одинокая слеза скатывается по моему лицу, — Не заставляй меня делать это. - Мои колени дрожат, и я переминаюсь с ноги на ногу, каблуки причиняют боль моим ступням.
— Я не возьму вину на себя за то, что у тебя слишком много гордости. - Он расправляет плечи.
— Гордости? - Я ахаю. Как он вообще может думать, что гордость имеет к этому отношение?
Я стою, парализованная, и смотрю, как Тайсон усаживает мою мать в кресло в зоне ожидания. Она рыдает, закрыв лицо руками.
Подойдя ко мне, он протягивает руку и проводит костяшками пальцев по моей щеке, и я понимаю, что тоже плачу.
— К-как? - Я задыхаюсь.
Он не отвечает. Вместо этого наклоняет голову набок, как будто я спрашиваю на иностранном языке.
— Каким образом? - Я выхожу из себя.
— Лейк.
..
— Расскажи мне, как она умерла! - кричу я, ударяя кулаками по его окровавленной груди, заставляя его вздрогнуть. — Это был ты, не так ли?
— Я пытался... - Он сдерживается, чтобы не сказать мне правду.
— Ты пытался что? Спасти ее?
— Лейк..."
"— Ты убил ее! - Я отталкиваю его, но он притягивает мое тело к себе, крепко обнимая. Я чувствую запах ее крови на его одежде, чувствую, как она впитывается в мою собственную футболку, и меня начинает тошнить.
— Лейк? - Он отстраняет меня от себя.
Уже слишком поздно. Я чувствую, как ко мне подступает желчь, и мои широко раскрытые глаза встречаются с его.
Он хватает меня за руку и тащит к мусорному баку. Схватив меня сзади за шею, он прижимает к нему мое лицо, и меня рвет, пока он держит мои волосы.
— Да, - огрызается мой отец, возвращая меня к действительности. — Последнее, что тебе нужно - позволить гордости встать у тебя на пути.
— Дело не в гребаной гордости. - Я сжимаю руки в кулаки. — Он убил Уитни...
