Он обзавелся фотоальбомчиком, прочитал кое-какую литературу и теперь смело оперировал словами «чакра», «карма», «астральный диагноз» и «гипнотический транс».
Сейчас Федор вполне обеспеченный человек. Он давно переехал из блочной «двушки» в просторные хоромы. Одна беда, год назад скончалась любимая мама, и Попов живет один, очень хочет жениться, да не на ком!
– Погоди, погоди, – пробормотала я, – значит, раскодировать меня ты не можешь?
– Нет, – в отчаянии воскликнул «академик», – вообще не понимаю, каким образом вы так закодировались, уму непостижимо! Впрочем, есть еще один идиот, русский буддист, с ним похожее произошло, теперь лишь кефир пьет! Но он натуральный псих, вы же совсем не похожи на ненормальную.
Я содрогнулась, вспомнив скелет, замотанный в оранжевые тряпки и украшенный цепочкой от унитаза. Ничего себе, перспективка!
– И что же нам делать? – вырвалось у меня.
– Вы, когда совсем оголодаете, небось есть начнете, – воскликнул «гипнотизер», – а меня ваши точно с лица земли сотрут: либо бандитам сдадут, либо посадят! Во влип!
Внезапно мне стало смешно.
Рао-вао-сао-мао! Вот чушь!
– Миленькая, дорогая, кисонька, – Федор умоляюще сложил на груди руки, – очень прошу, скажите, что раскодировались, не губите невинную душу!
– Ладно, – кивнула я, – зови всех.
Попов бросился к двери.
– И как? – сурово поинтересовался Кеша.
– Полный порядок, – закивал «академик», – аппетит на месте, извините, мне пора, не провожайте, сам до шоссе добегу.
– Э нет, – ухватил его за футболку Дегтярев, – уж очень ты суетливый, словно таракан, мы сейчас проверим.
– Как? – в ужасе подпрыгнул «профессор».
– Просто, – не дрогнул Александр Михайлович, – Катерина, неси салат.
Вмиг передо мной оказалась плошка с овощами.
– Приступай, – велели Кеша и Дегтярев хором.
Я взяла вилку, проглотила тягучий комок, застрявший в горле, попыталась отогнать назойливо вертящееся в мозгу заклинание, увидела умоляющие глаза Федора, насадила на вилку кусок огурца, сунула в рот и в ту же секунду понеслась к туалету.
– Не вышло, значит, – подвел итог Кеша, – начинай сначала.
– Но больше одного раза в день нельзя подвергаться гипнозу, – начал вяло врать «академик».
Я стояла в ванной, облокотившись о раковину. Интересное дело, мне совсем хорошо, пока речь не заходит о еде.
