В них видна только смерть. Он лежит там, на моем полотенце, и в его груди торчит рукоятка.
— Какая рукоятка? — Анатолий тяжело задышал, а в его глазах читалось недоверие.
— Рукоятка от ножа. Она очень большая, железная, вся резная, в каких-то узорах. Наверно, это даже не нож, а кинжал.
— Кинжал?!
— Ну, может быть, не кинжал, но очень на него похож.
Анатолий и Лена переглянулись и словно застыли на месте. Лена как-то нервно прокашлялась. В ее глазах был виден испуг.
— Чертовщина какая-то. На этой вилле никогда не было происшествий.
Тут всегда спокойно, и на территории никогда не было посторонних, и уж тем более никто никого не убивал. Нужно срочно вызвать полицию, — первой пришла в себя девушка.
— Для начала надо увидеть все своими глазами, — возразил ей мой спутник.
Анатолий нажал на кнопку вызова прислуги и вместе с Леной и пришедшими арабами отправился на море. Как только я осталась одна, я встала, пересиливая боль в колене, и, прихрамывая, дошла до бара, чтобы налить себе виски. Налив полный бокал, я бросила в него дольку лимона и сделала несколько мелких глотков.
Голова просто раскалывалась, и я чувствовала себя отвратительно. Впрочем, по-другому и не могло быть, ведь я пережила сильное потрясение. Облокотившись о барную стойку, я закрыла глаза и медленно потягивала виски. В конце концов самое страшное уже позади, уговаривала себя я. Кто-то убил этого араба-спасателя, но ведь не я же! Я просто оказалась случайным свидетелем этого убийства, только и всего. Я просто очень сильно напугалась, только напугалась, и все.
Это испуг. Он пройдет. Он обязательно пройдет. И почему этого спасателя убили на моем полотенце? Разве не было другого места? И какого черта он на него лег? Какого черта? Вилла большая, и на ней есть сотня мест, где можно совершить убийство, но почему именно на моем полотенце? А в ночное море я больше никогда не полезу. Там морские ежи и еще много всего непонятного. Никогда…
Как только в дом вернулись Анатолий и Лена, я уже допивала свой бокал и чувствовала себя намного лучше.
Подойдя ко мне поближе, Толя взял меня за плечи и заглянул мне в глаза.
— Ты как?
— Нормально.
— Тебе уже лучше?
— Лучше.
Толя посмотрел на уже почти пустой бокал виски и понимающе кивнул:
— Я вижу. Сейчас я уложу тебя баиньки. Ты хорошенько выспишься и завтра будешь как огурчик. От виски ты должна быстро уснуть. Оно очень хорошо расслабляет. И почему я тебе его сразу немного не налил перед тем, как уложил тебя спать.
