— Что произошло? Почему ты не спала, а бегала по дому? Что стряслось? Почему ты в купальнике?
— Я не могла уснуть. Я целых два часа не могла уснуть. Я очень старалась, но у меня ничего не получилось. — Я говорила сбивчиво и никак не могла унять дрожь в голосе. — Я закрывала глаза, настраивала себя на сон и никакого толку. У меня ничего не получалось. Ничего. Вот я и решила искупаться, думала, может, после этого мне удастся уснуть.
— Где? В бассейне?
— Нет. В море.
— В море?! — Анатолий заметно побледнел и посмотрел на меня безумными глазами.
— Ты решила одна искупаться в ночном море?
— Решила.
— Да у тебя как с головой?
— Нормально, — обиженно буркнула я.
— Египет — это тебе не Турция. Тут вообще никто по ночам не купается. Ты не представляешь, сколько опасностей таит в себе ночное Красное море. Тут можно купаться днем, а ночью строго-настрого запрещено.
— Но почему?!
— Не знаю. Все говорят по-разному. Одни говорят, что ночью в море появляются какие-то ядовитые морские ежи, укус которых смертелен, другие что-то еще.
Короче, опасно все это. Понимаешь, опасно! Я думал, ты об этом знаешь, а ты на меня так смотришь, будто первый раз про это слышишь. Ни в одном отеле в Египте ночью купаться не пускают. А вдруг рыба какая на тебя бы набросилась?!
— Какая рыба?
— Акула, например.
— Акула?!
— Ну, не акула, а может, мурена или еще какое чудо-юдо. Тут всяких тварей полно.
— Что же, эти твари только по ночам кусают, а днем не трогают?
— Не знаю, но купаться по ночам тут строго запрещено.
Анатолий немного смягчился и взял меня за руку.
— Дуреха, как ты могла? Ведь с тобой могло случиться все, что угодно. Я привез тебя сюда и несу за тебя ответственность. Ты хоть это понимаешь?
— Я не сказала самое главное, — наконец вырвалось у меня. — Меня напугало совсем не это. Там спасателя убили. Убийца был одет в длинный кожаный плащ и ковбойскую шляпу.
— Что?!
— Я говорю, что там, на пляже, на моем полотенце лежит мертвый спасатель.
— А с чего ты взяла, что он мертвый? — Анатолий побледнел еще больше, а сидящая рядом с ним Лена, напротив, заметно покраснела.
— С того…— Я глотнула побольше воздуха и почувствовала, как у меня вновь поплыло перед глазами. — С того, что живые так не смотрят.
— Как?
— Так смотрят только мертвые.
— Мертвые вообще смотреть не могут, — осторожно заметил ошарашенный Анатолий."
"— Мертвые ничего не видят, но это совсем не означает, что они не умеют смотреть, — возразила я. — Просто когда мертвые смотрят, в их глазах нет жизни.
