Снимаю трубку с обреченным «кто?».
– Госпожа дизайнер, вы внятно говорить можете?
Глава 25
– Юдин, вы можете меня не нервировать хотя бы в выходной? – стону я в домофонную трубку. – Что за ненависть к трудовому кодексу Российской федерации? Я имею законодательное право отдохнуть.
– Ну вы же с моим отдыхом не посчитались, – сварливо отвечает он мне.
– Я вас не трогала, – открещиваюсь я, испытывая желание постучаться гудящей головой о стену.
– Вы мне звонили!
– Да ну на… – поражаюсь я.
– Именно туда я и посылал вас с Алсу, но вы – женщина бумеранг! Все время перезванивали.
"
"– И что? Отомстили бы мне симметрично. Позвонили бы. Зачем вы приперлись, Юдин? – вопрошаю я, чувствуя себя одной из бабок, которые у нас сидят на лавочке возле подъезда и домофон используют как бесплатный мобильник. Они звонят еще одной бабусе, которая уже из дома не выходит, и часами с ней обсуждают все, что происходит во дворе.
– Нашли дурака, – злится Михаил. – Трубку можно не брать, телефон выключить, а я жажду возмездия.
– Юдин, вот вы иногда, видимо, чисто случайно говорите здравые вещи. Что вам вчера мешало отключить телефон? – продолжаю я препираться.
– Я до последнего надеялся узнать, почему это я – козел!
Оба-на!
Я аж крякаю от неожиданности в трубку.
Нет, ну интригу я, походу, вчера выдержала.
Ладно, он заслужил право высказаться. Отжимаю кнопку домофона.
А мне надо хотя бы зубы почистить, от меня несет как от портового грузчика. М-да, девочки оттянулись. Дверь приоткрыта, войдет если что.
Подобрав с пола сумку и выудив оттуда мобильник, я скрываюсь в ванной. В этот раз я проверяю наличие полотенец. Я у мамы умная. Ага.
И красивая.
Из зеркала на меня смотрит нечто, напоминающее красноглазую панду с каракулем на голове, у которой был тяжелый алкогольный вояж.
Никогда больше пить не буду.
Нет чисткой зубов тут не отделаешься. Покряхтев и перекрестившись, я включаю холодный душ. Как только я перестаю повизгивать, мне становится слышно, что за дверью какой-то движ.
Или Юдин пришел мстить, и Марат буксирует сестру.
Ледяная вода имеет свойство придавать скорости в банных процедурах, поэтому уже минут через десять я остервенело растираюсь полотенцем. Отражение все еще не очень оптимистичное, но, глядя на меня, уже не хочется закусить соленым огурцом.
Натянув на синее в пупырышках тело первое попавшееся, обнаруживаю, что это футболка Юдина, которая так и висит тут после стирки. Ладно, прелести не вываливаются, и то хлеб.
