«Давай, малышка! Огрызнись! Сделай это так, как умеешь только ты! Чтобы мне окончательно башню снесло! Чтобы я озверел и оприходовал тебя прямо здесь и сейчас! И плевать я хотел на все условности!»
На удивление, Лена вела себя крайне сдержанно. Она часто-часто моргала и молча взирала на него взглядом, полным доверия и безоговорочного принятия. Принятия таким, какой он есть. Без иллюзий. Без прикрас. И осознание данного факта подействовало на Виктора, как ведро ледяной воды, внезапно опрокинутое на голову."
"«Нет! НЕТ! Не смотри на меня так! Ты заслуживаешь большего, дурочка! Гораздо большего!»
Рот наполнился противной горечью.
Разочарование затопило душу до краев.
Прилагая неимоверное усилие, мужчина осторожно разжал пальцы и отнял руку. А после торопливо отвернулся от своей студентки, вновь опираясь на балконные перила и выуживая из пачки очередную сигарету. Однако стоило ту подпалить, Лена оказалась рядом и настойчиво попыталась ее отобрать.
Макаров среагировал быстрее. Молниеносным движением отвел в сторону руку, пальцами которой сжимал фильтр, и, грозно нахмурившись, рыкнул:
— Я разве не предупреждал тебя по поводу сигарет?
«Еще как предупреждал! Когда вместе с Синицыной вылавливал тебя по подворотням после клуба!»
Белова надменно вскинула подбородок, окатив его взглядом, от которого невольно захотелось по струночке вытянуться:
— Не помню! — заявила маленькая нахалка.
— Предупреди еще разок!
Буквально охреневая от внезапной смены ее настроения, Виктор демонстративно выкинул сигарету и хищно оскалился:
— С радостью!
Но вдруг застыл, чувствуя, как грудную клетку распирает под натиском легких.
Как ошалевший пульс долбит по вискам, а внутри все замирает.
«Предупреди! Она сказала… предупреДИ! Впервые на моей памяти обратилась на ТЫ, а не ВЫ!»
Зажмурившись на миг, Макаров прохрипел:
— Позови меня! — его голос звучал глухо.
Болезненно. Даже одержимо.
— Куда? — недоуменно уточнила Лена.
— По имени!
Повисла пауза, но затем тишину пространства нарушил ее нежный взволнованный голос:
— Виктор Эдуардович?
— Нет! — буркнул недовольно.
— Не так!
— А как?
— Неофициально! На «ты»!
— Ви… Виктор?
— Тепло! — проурчал он, склоняясь прямо к уху своей студентки. — Еще!
— Витя? — судорожно всхлипнула Лена. Щеки девушки сделались пунцовыми.
Одурманенный ее близостью и смущенным внешним видом, Макаров не удержался и прихватил зубами нежную чувствительную мочку девичьего уха. Белова вздрогнула, покрываясь крупными мурашками.
