— Ну, здорово, бандит!
— Папа! — восторженно завопил в трубку Тимофей. — Папа, привет!
— Сынок, — судорожно сглотнул, прислушиваясь к частому дыханию своего мальчугана, — как ты там? Все хорошо? Не болеешь, надеюсь?
После многочисленных тяжб и скандалов Ксения все же приобрела их пятилетнему ребенку личный телефон, которым разрешала пользоваться ровно три раза в неделю. Ни больше, ни меньше.
И то за хорошее поведение.
— Все отлично, но…
— В чем дело, Тим?
— Я скучаю, пап! — голос сынишки дрогнул, надломился.
— Я хочу домой! Хочу к тебе! Хочу на свои качели! И в свой шалаш! И в свой бассейн!
Виктор чудом не раскрошил собственные зубы, столь сильно он стиснул челюсти. Появилось нестерпимое желание расхреначить что-нибудь к чертовой матери. Лишь бы избавиться от ощущения полнейшей беспомощности. Лишь бы залатать бездонную черную дыру в груди.
«Как же объяснить тебе, малыш, что нашего дома больше нет? Все, что я собственными руками создавал с нуля, собирал по кирпичику… пошло прахом! Несмотря на решение суда, я оставил его вам.
Тебе! Но твоя меркантильная мамаша предпочла продать наш особняк! Деньги оказались ей нужнее. А на твоей площадке теперь играют другие дети. Прости!»
Собравшись с мыслями, Макаров произнес как можно спокойнее.
— Мы обязательно увидимся, сынок! Не знаю когда, но увидимся! Не раскисай! Помни: то, что нас не убивает…
— Делает сильнее!
— Верно, бандит!
— Я и так стал очень сильным, папа!
— Серьезно?
— Да! Даже сильнее Славика!
— Не может быть!
— Клянусь! Когда приеду, я обязательно поборю его!
— Ловлю на слове, сын!
— Ну все, мне пора! — пролепетал он грустно.
— Мама зовет…
— Беги тогда! Не заставляй ее ждать!
— Хорошо! Я скоро снова позвоню!
— Скорее бы!
— Пока!
Отключившись, Виктор некоторое время просто молчал, пытаясь восстановить самообладание. А когда пришел в себя, с удивлением обнаружил, что находится в комнате совершенно один.
Татьяна вышла куда-то, а он и не заметил.
Однако ее возвращение невозможно было упустить из вида!
Ведь она предстала перед ним в костюме легендарной группы «Тату».
А именно: в облегающей белой рубашке и безбожно короткой плиссированной клетчатой юбке, очевидно, прикупленной в том же секс-шопе. На голове у нее красовался светлый, почти белый парик, который она заплела в две озорные косички. Образ дополняли чулки и туфли.
Нахмурившись, Макаров вновь оглядел ее придирчивым взглядом.
