Обмирая от волнения, Лена накрыла губы Макарова своими.
И поцеловала так пылко и одержимо, как только смогла.
«Смотри, как сильно я люблю тебя! Смотри!»
О! Его ответ был ошеломляющим. Дерзким. Жадным. Собственническим.
Он целовал ее столь остервенело и безумно, что временами причинял боль.
Забыв обо всем на свете, они стискивали друг друга в объятиях и целовались.
Целовались. Целовались. Самозабвенно. Пылко. Ударяясь зубами.
Теряя счет времени. Теряя связь с реальностью.
Растворяясь друг в друге.
Однако Лена отстранилась, взирая на Виктора испуганными глазищами, когда почувствовала, как он медленно покидает ее тело. И так же медленно возвращается обратно. Сердце ухнуло в бездонную пропасть. Девушку затрясло.
— Вик… я не…
— Доверься мне, малышка! — прямо у уха раздался его вкрадчивый шепот. — Хочу трахнуть тебя, как следует! Очень сильно хочу!
— Мне страшно…
Мужчина улыбнулся. И пусть его улыбка сейчас больше напоминала хищный оскал, в ней все же прослеживались нотки нежности и трепета.
— Поздно боятся! Иди сюда! — Макаров еще сильнее откинулся на керамическую спинку ванной, увлекая Белову за собой. Фактически он просто вынудил ее распластаться на нем. — Сегодня я грубить не собираюсь — уж как-нибудь сдержусь! Но если ты, милая моя девочка, не прекратишь сжимать меня, как в тисках… будет больно! И эту боль причинишь себе… ты сама!
«Он прав! Прав! Нужно расслабиться.
Я должна. Должна. Должна!»
Лена судорожно втянула в себя спасительный кислород, ощущая внутри его осторожное мягкое скольжение. Ей стало жарко. Вся кровь будто одним махом устремилась к низу живота. Между ног сладко заныло. Нет, болезненные ощущения не ушли окончательно. Всего лишь притупились. Но благодаря тому, как аккуратно Виктор натягивал ее на себя, как осторожно проникал внутрь, появились и иные ощущения. Незнакомые, но приятные до жути.
Всякий раз, когда он оказывался в ней, все ее разгоряченное тело простреливало острыми иглами удовольствия. Примитивного и древнего, как мир.
Ее так сильно пробирало от их близости, что даже волосы на затылке шевелились. А кожу обжигало, будто всполохами пламени.
Не удержавшись, Лена запрокинула голову и томно застонала в потолок.
— Да! Все именно так! — довольно рыкнул Макаров, немного наращивая темп.
