Чувствуя, что вот-вот разревется, она кинулась на шею Виктору и сбивчиво зашептала:
— Пожалуйста, только… не делай мне больно! Не хочу, как у Ирины!
— Твоя Ирина додумалась не предупредить Славу! Он по сей день корит себя за их первый раз! — мужчина ласково провел ладонью по ее спине, заставляя по пояс погрузиться в горячую воду. В воду, которая разогревала ее тело. Расслабляла мышцы. — А у нас с тобой все иначе. Доверься мне!
— Ладно! Ладно! — она крепко зажмурилась в ожидании страшного. — Давай только… быстрее уже!
Макаров рассмеялся, властно стискивая ладони на ее талии.
— Быстрее? Ну нет, милая! Не раньше, чем ты кончишь еще разок!
Виктор не соврал. От его сумасшедших ласк она кончила дважды.
Дважды, прежде чем мужчина осторожно толкнулся внутрь нее на самую малость.
Как ни странно, к тому моменту Лена уже практически перестала бояться.
А вот он, напротив, жестко контролировал каждое свое движение. Каждый жест. Вдох.
От натуги его мышцы взбугрились, превращаясь в камень.
На лбу залегла глубокая морщинка.
Но его ошалевшие зрачки все же ушли под веки от кайфа, в момент соприкосновения их плоти. Всхлипнула и Лена ощущая, как Макаров медленно заполняет ее собой.
Растягивает. Присваивает. Клеймит.
Когда он уперся в ее внутреннюю преграду, девушка поморщилась.
Не от боли. Скорее от первобытного страха. Но кивнула, услышав до жути хриплое:
— Не сжимай меня! Расслабься!
— Я стараюсь!
— Умница! Ты отлично держишься! Но…
— Но?
— Детка, придется все же немного потерпеть! Без этого никак! Понимаешь?
— Да! — Лена вновь кивнула, что есть мочи впиваясь пальцами в его плечи.
— Готова?
— Да! — выдохнула она еле слышно. — Давай! Сделай меня сво…
— Ты и так моя! — отозвался он сурово, одним уверенным толчком вонзаясь в нее до упора. — Моя!
Глава 22
Внутри нее что-то разорвалось. Натянулось до предела и лопнуло под напором его резкого вторжения. В тот самый миг Лена и взвизгнула не своим голосом. Да, морально она готовила себя к худшему, но… все же оказалась не в состоянии сдержать рвущийся наружу вопль, полный муки и агонии.
«Больно! Больно! Черт, как же больно!»
Из глаз брызнули предательские слезы.
Сердце сжалось в груди до предела и воздух закончился в легких.
Задыхаясь от острой боли, Белова отчаянно вцепилась в крепкие мужские плечи, оставляя на коже Виктора багровые отметины от своих острых ногтей.
Она оттолкнулась от него, пытаясь встать. Подняться. Выпустить из себя.
