Нежно, почти трепетно провел костяшкой указательного пальца вдоль ее щеки и, тяжко выдохнув, подытожил:
— Что ж… наверное, так будет лучше! Нам обоим не помешает немного успокоиться. Давай шуруй-ка на пару. У тебя же на сегодня последнее занятие?
— Да.
— Хорошо, — секундная пауза. — Посмотри на меня.
Лена подчинилась. И в следующий миг услышала:
— У меня сейчас окно, а потом лекция по экономике у второго курса.
— Зачем мне это знать?
— Нам нужно поговорить! Успокойся и приходи.
Я буду ждать тебя в своем кабинете. Если сможешь минут на десять улизнуть с пары — хорошо. Не получится — черт с ним! Забегай на перемене! Все обсудим, и пойдешь домой.
— А что именно вы хотите обсудить? — уточнила Белова настороженно.
— Как минимум юбилей друга, на который ты идешь со мной послезавтра. Хочу убедиться, что у тебя все готово, а заодно дать некоторые инструкции.
— Хорошо! Только…
— Только?
— Вы уверены, что хотите пойти на это мероприятие именно со мной? Если нет, я… я ведь могу отработать прогулы любым другим способом.
Ну, в смысле, приду заниматься с другой группой! Или…
Виктор Эдуардович загадочно улыбнулся:
— Если бы я не хотел, ты даже не узнала бы о грядущем торжестве!
Лена глупо улыбнулась в ответ. Ничего не могла с собой поделать.
В животе вспорхнули бабочки, а сердце гулко забилось в груди.
— Ладно, уговорили — я приду! Кстати, поздравляю вас с женитьбой брата!
Поддавшись безумному порыву, девушка приподнялась на носочках и торопливо чмокнула преподавателя в чуть щетинистую щеку.
И Макаров вздрогнул, будто она его с размаха ударила.
— Извините! — пискнула Белова, став пунцовой от смущения.
И одновременно холодея от ужаса.
Потому что… впервые со школьных времен сама…
«Ой, мамочки! Что же я творю?»
— Либо ты сейчас… вот прямо сейчас идешь на занятия, — раздался над ухом угрожающий утробный рык, — либо я веду тебя туда, куда сам захочу!
Повторять дважды не пришлось.
Сорвавшись с места, Лена очертя голову кинулась в направлении нужной аудитории. Как назло, ее мобильник снова зазвонил. И вновь поговорить с ней жаждал не кто иной, как Барсуков.
— Да! — рявкнула она, на бегу принимая вызов.
