Но требуя от Лены печенья, он и представить не мог, чем все обернется в конечном итоге. Причем для них обоих…
«Дуреха! Вот дуреха! А если бы я не сдержался? Черт, да лучше бы и не сдержался! Невыносимо уже! Хочу ее, как на всю башку повернутый!»
Тяжело дыша, Виктор потерянно застыл посреди своего кабинета.
Сердце надрывно тарахтело в груди. Мысли беспорядочно роились в голове нескончаемым потоком. Ему было трудно сосредоточиться. Трудно думать.
Безбожно твердая плоть снова пульсировала, до предела натягивая ширинку брюк.
Шальное возбуждение причиняло уже не дискомфорт, а настоящую боль. Макарову вновь требовалась разрядка. Мощная. Полноценная. С ней.
С сумасбродной девчонкой, рядом с которой у него мутнел рассудок.
От недавних воспоминаний его бросало то в жар, то в холод.
Да и вообще лихорадило не по-детски. Он до сих пор не понимал, каким чудом не растерзал ее в кафе. Такую беззащитную, смущенную, красивую.
«А так хотелось разложить малявку на том гребаном столе и наказать как следует! Чтобы охрипла, зараза, от своих же воплей! Я бы ее… так, стоп!»
Чувствуя, что начинает сходить с ума от желания и стремительно терять связь с реальностью, Виктор громко и грязно выругался.
Не придумав ничего умнее, вплотную приблизился к кулеру и нажал на кнопку подачи холодной воды. Наполнив пригоршню, он щедро плесканул ледяную жидкость себе в лицо. Затем смочил шею, немного голову и снова лицо. Стало легче.
По крайней мере, данная процедура подействовала на него отрезвляюще.
А приличная лужа, образовавшаяся прямо на полу благодаря его манипуляциям, совершенно никак не беспокоила Макарова.
Пытаясь выровнять дыхание и привести себя в относительный порядок (а стоило поторопиться, ведь до начала следующей пары оставалось не более пятнадцати минут), мужчина наполнил и осушил подряд четыре стакана воды. Внезапно дверь кабинета распахнулась без стука, и внутрь бесцеремонно вломился Вячеслав.
— Здорова, брателло!
— Ну, привет!
Бегло оглядев его, малой насторожился:
— Выглядишь неважно!
— Я бы удивился, будь оно иначе!
— Жесткий отходняк? — протянул тот со знанием эксперта.
— Жесткий стояк! — дико гоготнул Виктор в ответ.
— Оу! — поиграл бровями Красницкий. — Сочувствую!
— Угу!
— Могу уйти и прислать к тебе кого-нибудь… белобрысого…
«О, да! Пришли! Пришли ее ко мне! Сейчас! Немедленно!»
— Слышь, старатель? — грозно нахмурился Макаров, взбесившись от собственных мыслей.
