Занес в спальню и поставил около большой кровати. Взял мое лицо в ладони, наклонился и, едва касаясь, нежно поцеловал. Отстранился, посмотрел в глаза, а потом повторил поцелуй, но уже более настойчиво и властно.
Снова отстранился, прерывисто дыша, посмотрел в глаза, будто спрашивая разрешения, и я уже сама потянулась навстречу. Дальше началось какое-то неконтролируемое безумие, потому что мы начали срывать с друг друга одежду, не прерывая поцелуй.
Просто раздевали друг друга почти на ощупь, стремясь поскорее оказаться кожа к коже, боясь оторваться и прервать момент.
Слова уже были не нужны…
Трясущимися руками я стянула с Мирона джемпер, футболку, а следом начала расстегивать ремень его брюк, пока он сдергивал с меня жакет, блузку и бюстгалтер.
Потом мягко подтолкнул меня к кровати и, усадив на край, стянул с меня брюки и трусики, оставив абсолютно обнаженной. Отступил на шаг и, не спуская с меня глаз, сам избавился от брюк и боксеров.
Подошел вплотную и, встав на колени у кровати, подтянул меня за бедра к самому краю, устраиваясь между ними.
Снова накинулся на мои губы, прижав грудью к своей груди, и меня охватила дрожь от соприкосновения с его горячим телом.
– Люблю… – выдохнул прямо в губы, – Как же я тебя люблю.
– Как? – прошептала я, млея от того, как его руки оглаживали, мяли и стискивали мое тело, практически без остановки.
– Я покажу, – прошептал он, опрокидывая меня на спину и нависая сверху.
Попыталась отползти назад, но Мирон улыбнулся и, поцокав языком, снова притянул меня к самому краю кровати так, что мои стопы все еще касались пола.
Наклонился и, зафиксировав ладонями мое лицо, начал хаотично целовать губы, глаза, щеки, потом прикусил мочку уха, провел губами по линии скулы до подбородка. Передвинувшись ниже, перешел на шею, целуя, покусывая и всасывая кожу.
Не имея возможности как-то участвовать в этом безумии обрушившихся на меня ласк, начала просто водить пальцами по плечам Мирона, царапая ногтями, когда он особенно настойчиво ласкал мою и без того чувствительную грудь, по очереди то прикусывая, то обводя языком соски.
Второй рукой спустился между моих разведенных бедер и начал ласкать клитор, одновременно скользя членом по касательной между давно влажных складочек.
Постанывая, инстинктивно начала извиваться под ним, приподнимая бедра и пытаясь спровоцировать его на более активные действия, но Мирон приподнял мои ноги, заставив упереться пятками в край кровати и широко развел мои бедра, раскрывая доступ на максимум.
