От ворот пойдешь по асфальту вниз к перекрестку. Мы там машины оставили. Не побоишься одна?
— Не побоюсь.
— Хочешь — домой езжай, хочешь — меня дождись, — продолжил Веня. — Только сначала позвони. Договорились? Документы отдать?
Маленькую дамскую сумочку с кошельком и документами Веня сразу предложил ей спрятать в свой рюкзак: ремень в сумке длинный, если за что зацепится, то порвет или потеряет.
— Не надо, — сжав в карманах застывшие ладони, Катя мысленно поблагодарила Веню за заботу. — Тебя дождусь.
Перспектива согреться в движении и быстрее оказаться в машине радовала куда больше, чем снова продираться сквозь кусты, стуча зубами от холода, при этом почти не дыша, дабы «не колыхать воздух», как пояснил Веня.
— Будь осторожна: там канава близко к забору подходит, не поскользнись и в грязь не вляпайся.
— Поняла. Возвращайся быстрее.
— Постараюсь! — он растворился в темноте.
Катя втянула голову в воротник-стойку и двинулась к мачте освещения: на первый взгляд было недалеко. Стараясь держаться ближе к глухой стене, она с опаской посматривала на темные заросли, от которых веяло холодом и несло прелым запахом застоявшейся воды.
Руки из карманов пришлось вытащить: местами было настолько узко и скользко, что приходилось балансировать, дабы не свалиться в канаву.
Она уже почти дошла до вожделенного фонаря, как вдруг тишину пронзил громкий окрик:
— Стоять!
Остановившись, Катя посмотрела на бетонные плиты. Судя по звукам, за забором кто-то за кем-то гнался, и бежали прямо на нее. Наконец человек, тяжело дыша, замер прямо за разделявшей их стеной, в следующую секунду метрах в трех от Кати что-то шмякнулось о землю и покатилось прямо в наполненную водой канаву.
Человек с той стороны стал карабкаться на забор."
"Не на шутку испугавшись, Катя присела, вжавшись спиной в бетон. В метре от нее мелькнула тень, послышался звук приземлившегося тела, совпавший с очередным окриком: «Стоять!» С той стороны кто-то снова стал карабкаться наверх, но не столь быстро и умело, что было понятно по чертыханиям.
Меж тем, сделав кувырок через голову, беглец вскочил на ноги, метнулся влево, вправо, приблизился к краю канавы, оглянулся, посмотрев, казалось, прямо Кате в глаза, поднял взгляд выше и вдруг рванул в темноту вдоль стены.
Следующая приземлившаяся фигура оказалась не столь ловкой: попытавшись встать, мужчина застонал и рухнул на землю.
— …Первый, второй! — вдруг заговорил он очень знакомым голосом. — Мой побежал к котловану. Преследовать не могу, ногу подвернул.
