Кто знает, возможно, эти обстоятельства и сыграли свою роль, когда подросший Сергей Ладышев выбрал профессию врача, когда решил после войны осесть в Минске?.. Увы, спросить было некого. Как и не удалось больше ничего узнать. Отец Вадима сменил несколько детских домов, дела воспитанников за давностью лет исчезли, затерялись, и лишь в одном из них чудом отыскалась едва читаемая карандашная запись в регистрационной книге, которая тоже непонятно как сохранилась.
Такое глубокое погружение в семейную историю для Вадима не прошло бесследно: он почти приблизился к разгадке того, что имел в виду отец, рассуждая о миге бесконечности.
Его родословная и есть своеобразная бесконечность, и состоит она из множества мигов человеческих жизней. Каждая жизнь в отдельности — миг, поочередно или вместе — бесконечность. И даже его не найденный до сих пор сын — следующий миг, начало которому положил он, Вадим. Его сын даст начало другим жизням, продолжающим, расширяющим эту бесконечность.
Осознанно или неосознанно люди часто теряют свое начало, забывают о нем, не задумываются, насколько все уже связаны между собой раннее созданными цепочками из звеньев-мигов, насколько зависимо от каждого мига будущее бесконечности, название которому — человечество.
Философские рассуждения позволили Вадиму иначе посмотреть на свою жизнь, на жизнь близких ему людей и сделать еще один вывод: миг — это жизненный путь. Каждый сам несет за него ответственность, способен оставить свой след в генетической памяти продолжателей.
Будущее бесконечности зависит от множества кривых в пространстве, соприкасающихся, пересекающихся, дающих начало новым мигам. Но даже если это не удалось, в будущее можно внести свой вклад, созидая, защищая, согревая теплом, подсвечивая дорогу. В этом и заключается смысл каждой человеческой жизни.
После подобных рассуждений на душе у Вадима становилось тепло, светло, хотелось улыбнуться каждому встречному… И пусть такое настроение царило недолго и нечасто, свое дело оно делало: Ладышев чувствовал, насколько стал терпимее, насколько легче стало ему управлять собственными эмоциями, гасить внутренний негатив.
Он словно поднялся на ступеньку выше в эволюции собственного сознания и мог бы, продолжая движение вверх, наслаждаться этим состоянием, если бы…
Если бы позволил выпустить из заточения закапсулированную по собственной воле и запрятанную глубоко в душе любовь.
