Ражный молча сдёрнул калитку с петель, положил её на снег у береговой кромки, после чего по–варварски выломал несколько досок из забора, разбил их в щепки и развёл костёр. Савватеев наблюдал за ним молча и даже отстранённо, однако же спросил:
— Забора не жалко? На дрова?
— Гори всё ясным пламенем, — бесцветно отозвался Ражный. — Разувайся, сушись.
— У тебя кипятка случайно нет?
— Случайно нет…
Генерал достал из внутреннего кармана пакетик с порошком, высыпал в рот, зажевал снегом.
— А это что там, на причале? — тоном профессора спросил он, с вожделением ожидая, когда разгорится костёр.
Свёртки с куклами присыпало снегом, но только сверху, четыре уложенных в ряд сугробика…
— Дети, — серьёзно сказал Ражный. — Мертворождённые."
"Генерал соображал мгновенно, отлично знал историю Мили, поэтому лишь печально покивал головой — пропускал неважные детали, готовился к разговору о главном. Сел, стащил промокшие насквозь и оттого расшлёпанные туфли, носки и протянул дряблые от сырости ноги к огню.
Экипирован был явно не по сезону.
— В ружьё подняли, — объяснил просто, перехватив взгляд Ражного. — Из тёплого кабинета…
— Служба, — хмыкнул тот, — её тяготы и лишения…
Савватеев по–прежнему не углублялся в общие рассуждения.
— Моё руководство не знает о нашей встрече. Я делаю это по собственной инициативе. И с ведома моих… единомышленников. Поэтому не стану крутить вокруг да около. Власть в России под полным контролем Запада. Политическая, экономическая, всякая… В высших эшелонах явное или скрытое предательство интересов.
Всюду правит мировая закулиса. Без согласования с ханами этой орды нынешние наши князья шагу не ступят…
— Политинформацию можно опустить, — однако же поторопил Ражный.
— Что тебе нужно на моей базе?
— На базе теперь ничего. Нужен ты. Твоё личное доверие. Доверительный контакт.
— А высшим эшелонам?
— Полная информация о вашем… воинском подразделении. Для чего и организована вся эта операция. Реформаторам неуютно держать у себя за спиной неуправляемую бесконтрольную силу.
Они боятся всего, что им непонятно, неподвластно и не поддаётся реформации.
Он выдавал гостайны, пытался заполучить расположение собеседника.
— У тебя другие цели? — спросил Вячеслав.
— Прямо противоположные, — генерал отдёрнул ноги от разгоревшегося костра. — Найти контакт с вашим… воинством, рыцарским орденом. Кстати, у него есть имя? Вы же как–то называете между собой?
— Никак…
— Такого быть не может!
— Может.
