Надеялся, что если хотя бы звонок будет на месте, ты не так сильно расстроишься.
– Почему тебя беспокоило то, что я могу расстроиться? – непонимающе спросила я.
Разве Фостер не мечтал о моих страданиях все то время, что мы были знакомы?
– Джефри, – позвала я. – Он выглядел растерянным, задумчивым и слишком хмурым, даже для обычного Джефри Фостера.
– Я не знаю, ясно? Просто это было первое, о чем я подумал в тот момент.
– Если ты не делал этого, почему не сказал?
– Я не знал, что ты подумаешь на меня.
Я сузила глаза.
– А на кого мне было думать? Ты первый человек кого я винила в подобных случаях. Ты портил мне жизнь с самого нашего знакомства! – прикрикнула я.
– Я не портил тебе жизнь, – возмутился он.
– Ты облил меня лимонадом!
Джефри сжал челюсть, собираясь протестовать, но затем повержено вздохнул.
– Ладно, это было нарочно, но ты назвала меня дурной кровью, я не сдержался.
Я насупилась, сжимая губы от негодования. Может велосипед и не его рук дело, но я помнила и другие случаи.
– Ты окатил меня водой из лужи.
Он почесал затылок и медленно кивнул."
"– Это тоже было случайно. Твой ободок блестел так сильно, что я не заметил ее и случайно проехал на велосипеде, – признался он.
Все-то у него случайно!
– Ты кинул в меня снежок. – И я все еще помнила этот отвратительный мокрый холод, который оставался от медленно тающего снега за шиворотом.
– Потому что ты улыбалась Мейсону, будто влюбилась в него! – воскликнул Джефри, и, богом клянусь, мне показалось, что в его тоне звучали обвиняющие нотки.
– Мне было десять, в десять невозможно влюбиться, – усмехнулась я.
– Возможно, – тихо сказал он, не отрывая взгляда от моего лица.
Его голос и тихое, но уверенное «возможно» пронеслись теплом по моей коже, достигая самого сердца.
Я невесело усмехнулась.
– Ты склеил мои учебники в седьмом классе.
– Я не делал этого, – спокойно ответил Джефри, и его спокойствие злило меня еще сильнее.
– Ты обстрелял меня из пейнтбольного ружья! У меня весь живот был в синяках после твоих глупых игр.
И не отпирайся, я видела тебя тогда в домике на дереве.
Фостер устало потер глаза одной рукой. Крепкое запястье с оплетающими его венами предстало перед моими глазами, но я не собиралась отвлекаться на его чертово сексуальное запястье.
– Ты действительно думаешь, что я поступил бы так с тобой? – разочарованно спросил он. – Я бы ни за что не навредил тебе, Барбара.
Я вскочила на ноги, плед упал на землю.
