Потребовалось в три раза больше времени, чем необходимо, чтобы застегнуть рубашку, но она не отводила его рук. Не помогала ему. Смотрел ли он на ее груди, или только на пуговицы, которые так медленно вдевал в петли?
У нее перехватило дыхание, когда костяшки его пальцев провели по ее коже. Соскользнула рука? Но это было так чудесно!
Потом он долго смотрел ей в глаза. Зачем? Чтобы понять ее реакцию? Она действительно краснела, и ничего не могла с собой поделать.
Он оставил две пуговицы у шеи расстегнутыми, но поднял воротник.
Пальцы снова коснулись кожи.
– Это чтобы шея не обгорела, – пояснил он и отошел, оставив ее удивляться странному покалыванию в спине.
И тут он пошел к озеру, сбрасывая на ходу одежду. Оставил только пистолет, держа его над водой, и наслаждался прохладой. Завороженная Макс не могла оторвать от него взгляд, пока он не вышел из воды. И она вновь увидела его прекрасное тело, но тут же отвернулась, снова покраснев.
Глава 24
Вопреки обычаю, на этот раз, спешно обедая, оба молчали. Макс не пыталась заговорить, потому что была слишком погружена в собственные мысли, ругая себя за то, что попала под его обаяние.
Она пыталась свалить все на расслабляющую прохладу озера. Здесь было так приятно, и она жалела, что нельзя остаться подольше.
Но все дело в Дигане. Это человек обворожил ее. Из-за него она испытала так много запретных чувств. Из-за него она ведет себя, как ребенок, становится робкой, и ее все время бросает в жар! Но ей нужно перестать думать о его красоте, о сладости его поцелуев.
Он так добр, и даже отдал ей свою модную рубашку, чтобы она не обгорела!
И в этом еще одна беда. Пора перестать думать о том, как он добр, и почаще вспоминать, что он захватил ее и еще может передать властям. Как бы он ей ни нравился, ему нельзя было полностью доверять.
Когда они вернулись на дорогу, наконец подул ветерок. Но он был такой, словно кто-то открыл раскаленную духовку. Некоторое время жара и духота словно навалились на Макс, но потом стало легче. Похоже, ветер переменился, а вместе с ним и погода.
Когда чувство, будто с каждым вдохом ее втягивает в жерло вулкана, унялось, Макс заметила:
– Ты постоянно оглядываешься. Ты слышишь нечто, чего не слышу я?
– Нет.
– Но ты же позаботился о Риде. Или тебя еще кто-то разыскивает?
– Возможно, все стрелки страны.
Она подумала, что он пошутил в своей манере, хотя при этом не улыбался.
– Я имела в виду не тех, кто стремится выхватить пистолет быстрее тебя, чтобы потом хвастаться этим.
