– Меткий, – сказал Мрак настороженно, – ничего не скажешь… Но птаху зашиб зазря. Не по-мужски злость на детях да птахах… Свисти Тарху! Хватит язык с бабой чесать, хоть и с берегиней. Что глаза дурням отвела – спасибо, но убегать все равно надо.
Они прокрались на другую сторону гая. Теперь между ними и степняками были деревья. Таргитай догнал их, щеки горели как маков цвет, а губы покраснели и вздулись, как переспелые вишни. Мрак осуждающе покачал головой, но смолчал.
Они бежали через Степь, часто ныряя в заросли высокой травы, однажды продрались через колючие кусты.
Таргитай и Олег бежали плечо в плечо, не оглядываясь. Мрак трусил за ними следом, посматривал по сторонам и через плечо назад, вдруг выругался с какой-то непонятной тоскливой злостью. Таргитай невольно перешел с бега на шаг, оглянулся, уже предчувствуя беду.
Далеко позади в Степи полыхал жаркий огонь. Черный столб дыма поднимался до самого неба, расползаясь багрово-сизым облаком. Вокруг исполинского костра по кругу носились едва заметные всадники, без нужды метали в полыхающие деревья факелы.
– Фагимасад, – проронил Мрак со злостью. – Вернулся, гад степной… Отомстил деревьям!
Таргитай повернулся к Мраку, закричал обвиняюще:
– Ты чуял!.. Потому так торопил уйти!
– Я разве волхв? Я не чуял, я знал. Этот горбоносый не терпит отпора ни от людей, ни от деревьев. Серьезный вражина.
А Олег сказал печально:
– Я читал, что некий царь велел наказать плетями море, что не подчинилось ему…
Таргитай ощутил резкую боль в груди.
Ладонь дернулась, накрыла левую сторону, там стучало, словно задыхалось в огне, его сердце.
– Берегиня! – вскрикнул он. – Она же… она погибнет!
– Уже, – бросил Мрак. Он развернул Таргитая и толкнул в спину. Тот пробежал несколько шагов, круто развернулся. Его глаза с великой тоской смотрели на полыхающую рощу.
– Мрак… – произнес он решительно, – я должен вернуться. Она могла еще не погибнуть.
Олег обнял за плечи, повел силой. Таргитай тряс головой, слезы мешали видеть.
Ноги не чувствовали земли, зато видел, как в страшном жару задыхается нежная зеленоглазка, спасшая им жизни.
– Нет! – вскрикнул он яростно. – Я так не могу! Пустите!
Мрак коротко кивнул волхву:
– Ладно, если у тебя не получится…
Он выдернул секиру, зловеще взвесил на руке, повернув обухом. Олег с силой сдавил плечи Таргитая, потащил вперед. Сзади трещала трава под сапогами Мрака. Тот нес, судя по всему, секиру в руке, готовый оглушить, волочить беспамятного.
