Таргитай со страхом смотрел на клубок. Мрак отвернулся, приложил ладонь козырьком ко лбу, осматривая окрестности. Таргитай умоляюще крикнул:
– Мрак!.. Надо помочь!"
"Он поднял липкое от крови оружие, бегал вокруг, не решаясь ударить. Несколько раз уже почти решался ткнуть, но бойцы катались, дергались, извивались, и Таргитай отпрыгивал, с отчаянием оглядывался на Мрака. Наконец Мрак опустил ладонь, бросил сухо, не оборачиваясь:
– Олег, довольно.
Клубок продолжал кататься, надсадное дыхание стало громче. Мрак наклонился, хлопнул волхва по спине:
– Довольно, миротворец.
Ты давно убил его, разве не понял?
Клубок застыл, нерешительно распался. Олег поднялся бледный, с оскаленными зубами, кровью на подбородке и на пальцах. На земле остался, разбросав руки, человек с синим от удушья лицом. Левую половину закрывал кровоподтек, глаз вытек, распухший язык вывалился из разбитых в кровавое тесто губ.
Мрак с уважением покачал головой:
– Ну и зверь ты, Олег… А еще волхв!
Олег отступил на шаг, еще и еще, не отрывая взгляда от изуродованного трупа.
Спина уперлась в зеленый куст, и Олег как лось вломился в зеленые заросли. Затрещало, тяжело бухнуло о землю, затем донесся стон, словно волхва перехватили упыри и выворачивали наизнанку.
Мрак сказал смущенно:
– Моя вина. Задумался, перестал бдить. Сам видишь, как вредно думать. Думанье отражается на бдении… Лучше всех бдит тот, кто вовсе не думает.
– Мрак, – спросил Таргитай невпопад. – Теперь я – убийца?
– Кто убивает, не всегда убийца.
– А кто?
– Посмотри за волхвом, а я поищу коней.
Он скользнул через густой кустарник как ящерица – не потревожив и веточки. Поверх листьев было видно его голову. Мрак не скрывался, степняков четверо, а кони – не лоси, не нападут.
Таргитай обошел куст, на зеленой траве лежал лицом вниз Олег. Перед ним была желтая лужа, от которой несло резким кислым запахом. Таргитай ухватился обеими руками за живот.
Ключ крохотный, дать жизнь деревьям сил не хватило, но кусты по обе стороны зеленели буйно, сцеплялись ветками, теснились к воде.
Струйка выбегала из расколотого камня, бежала по песку, вскоре уходила в тот же песок.
Возле самой воды щипали сочную траву трое коней, а четвертый неторопливо ловил вытянутой губой бурунчик. Зацепив песчинки, капризно фыркал, прядал ушами и снова пил медленно, неспешно.
В сторонке лежали четыре вьючных мешка. Мрак вспорол один, вытряхнул на землю, вспорол безжалостно второй, схватил третий…
– Кликни Олега, – велел он, не поворачиваясь.
