На лице Таргитая расплывалась мечтательная улыбка, душа чуяла близкий ужин и долгий сон.
– Я говорю, говорю, – заторопился мужичонка. – У меня нет ни семьи, ни скота, ни поля, я только гляжу на обозы и… охочусь иной раз. Я видел агаторсов, агафирсов, гелонов, аорсов, колупаевцев, тюринцев, рашкинцев, тишковцев…
– Погоди, – прервал Олег грозно. – А степняки тогда кто?
– Они же! Киммеры, киммерийцы. Только это не народ, а союз этих драчливых племен. Самое сильное племя – агафирсы, ими правит Фагимасад.
Из этого племени и нынешний каган, отец Фагимасада… Ты спрашивай, спрашивай! Я все отвечу.
Таргитай вколотил рогатины, вложил в рогульки поперечную жердь, остальное начал рубить на дрова. Он уже собирался напомнить Олегу про обязанности волхва возжигать огонь, но подоспел Мрак, все понял, вытащил из сумки Олега огниво.
– Видел ли ты ихних волхвов?
– Клянусь Перуном, нет!
– Прошлогодним снегом клянись. Что еще за Перун?
– Новый бог антов, славов… Сильный бог, отважный.
Он появился, чтобы мы дали отпор степнякам.
– Видно, что новый, – буркнул Олег. – Не знает еще, с какого конца за секиру браться. И вояки ему под стать… Чем разнятся воины Фагимасада от остальных?
– Фагимасад одел своих в добрый доспех. Круглые щиты на левом локте, у каждого меч, а стрелы только с бронзовыми наконечниками. Передний конник везет на копье голову совы.
На площадке взвились красные языки огня, затрещал костер.
От него пошло тепло, но мужичонка, напротив, побледнел, начал зябко ежиться, губы стали сизыми, как от мороза.
– Что ешь в этой глуши? – спросил Олег внезапно.
– Полюю на дичь… Здесь ее много.
– Дрофы? – поинтересовался Олег. – Перепелки, зайцы?
Из землянки выкарабкался Мрак, держа три большие чаши странного вида. Он весело скалил зубы:
– Олег, если он сказал все, развяжи руки. Ноги оставь. Жаль зничтожать такого искусника. Чаши – чудо, а там их еще с дюжину.
Олег с неохотой развязал мужику руки, опасливо отодвинулся. Мужик с облегчением перевел дух, потер раскрасневшиеся кисти, сказал с некоторой гордостью:
– Был ковалем, умел сковать и подкову, и серебряную висюльку девке в ушко… Когда-то детворе свистульки лепил.
Таргитай хлопотал вокруг костра, подкладывал хворост, мешал прутиком кашу в котелке. Олег поднялся, пригрозил:
– Попробуешь развязать узел – умрешь лютой смертью.
