— Но уже не так радостно, как раньше.
— Есть такая штука, как взросление. Мерзкая вещь.
Он похлопывает меня по руке.
— Я всегда здесь, если тебе нужно плечо, чтобы поплакать, розовая принцесса.
— Как грубо. Леди не плачут.
— Мое предложение все еще в силе, — он бросает взгляд за мою спину. — Может, мне уйти, пока твой муж не пристрелил меня взглядом?
— Знаешь что? — я обхватываю его за шею. — Сыграешь со мной в игру?
— Всегда.
Может быть, это мой шанс увидеть, как Илай хоть раз в жизни потеряет контроль над собой.
Хотя бы раз.
Из-за меня.
Я наклоняю голову, как будто собираюсь поцеловать его. Но не успеваю я и приподняться на цыпочки, как жесткие пальцы впиваются в мою талию, и меня оттаскивают назад с силой, от которой у меня перехватывает дыхание.
Моя спина ударяется о жесткую грудь Илая, и я клянусь, что слышу, как позади меня раздается звериное дыхание, но, когда он говорит, его голос звучит раздражающе и разочаровывающе спокойно.
— Что-то забыли, мистер Эллиот?
— Не совсем."
"— Подумайте еще раз, потому что я вижу, как ваша душа покинет ваше жалкое тело, когда вы в следующий раз попытаетесь прикоснуться к моей жене.
— Я не хотел проявить неуважение.
— Напротив.
Вэнс делает паузу, его глаза прищуриваются, но затем он кивает мне, после чего молча уходит по лестнице, оставляя меня в компании опасно кипящего Илая.
Я украдкой бросаю взгляд на мужа. Его ноздри раздуваются, глаза сужаются, а выражение его лица меняется с такой скоростью, что у меня мурашки бегут по коже.
Я знаю, что затеяла небольшую игру, чтобы вывести его из себя и спровоцировать, но я начинаю сильно жалеть об этом.
Мои домыслы подтверждаются, когда он прижимается губами к моему уху и томно шепчет:
— Ты в полной заднице, миссис Кинг.
Глава 12
Ава
Благодаря удаче — проходящей мимо официантке, которая выглядит так, будто готова встать на колени и умолять Илая простить ее за то, что она проходила мимо в этот момент, — мне удается добраться до нашего столика невредимой.
В основном.
Если не считать тяжело бьющегося сердца и шатких ног, которые едва меня держат.
— Мировой войны не было? — Крей подносит бокал ко рту, как только я сажусь. — Я удивлен.
— Мой Чайковский, — Анни гримасничает после того, как использует своего любимого композитора в качестве заменителя Бога. — Я люблю тебя, Ава, но ты склонна быть довольно… импульсивной.
— Суицидальной — вот слово, которое ты хотела сказать, — говорит Крей со своим обычным равнодушным выражением лица.
