Но едва уселась в салон, твердо решила, что в деревню сегодня не поедет. Не хватало еще матери переживать, видя ее в таком удрученном состоянии. Девушка и правда сдерживалась из последних сил. До боли кусала губы и впивалась ногтями в ладони, лишь бы снова не разреветься. С тем эмоциональным штормом, бушующем в ее душе, справиться она была не в состоянии.
Когда до общежития оставалось не более пяти минут езды, у нее зазвонил телефон.
Увидев на экране номер Каримова, Юля поняла, что задыхается.
Что ей катастрофически не хватает воздуха в этом тесном замкнутом пространстве.
Попросив водителя высадить ее прямо здесь и сейчас, она торопливо выскользнула наружу. Отбежав на тротуар, немного отдышалась.
Марат не прекращал звонить. Будто чувствовал. Будто что-то подозревал.
Ощущая лишь свой остервенелый пульс, Юля зажмурилась и приняла вызов.
— Да? — произнесла так спокойно, как только смогла.
— Как все прошло? — будничным тоном поинтересовался Марат.
— Нормально.
— Мне мать отзвонилась. Сказала, что ты уже ушла.
Надеюсь, в этот раз она прилично себя вела?
— Да.
— Вы поладили?
— Да.
— Она извинилась?
— Да.
— Хорошо! Очень хорошо! — довольно протянул мужчина. — Судя по времени, ты уже должна быть в общежитии?
— Да.
— Диктуй адрес своей деревеньки. Вызову тебе надежное загородное такси.
— Не нужно.
— Почему? — настороженно.
— Я решила на этой неделе не ехать домой.
— Что за внезапные решения?
— Мне так захотелось.
— Пташечка?
— Да?
— Мне кажется, или ты действительно дерзишь мне?
— Да.
— У тебя пластинку заело?
— Да! — перебила его торопливо.
И тут же услышала страшный рев в трубке:
— Твою мать, Юля! Что происходит? Что там с тобой происходит?
— А ты спроси меня про мое бюджетное обучение, и я в долбаных красках опишу тебе, что со мной происходит! — тоже закричала, будучи уже не в состоянии держать эмоции в узде. — Я все знаю, Марат! Я все знаю!
Он замолчал. Из динамика доносилось лишь его тяжелое рваное дыхание.
А Юля поняла, что ее нервы сдали окончательно.
Но невзирая на свою внутреннюю агонию, говорила она предельно тихо. И холодно.
— Я запуталась, Марат! Я уже ничего не понимаю! Но одно знаю наверняка: такими «подарками» либо доказывают девушке свои чувства, либо… тупо расплачиваются за ее тело! Какой из вариантов наш? Кто я для тебя?
— Кто тебе сказал? — прогромыхал он так яростно, что Попова чудом не выронила трубку из дрогнувших пальцев. — От кого ты узнала?
— Какая разница? — возразила упрямо.
