Снорре с каменным лицом смотрел, как Марна со стыдом отворачивается, чтобы скрыть свою наготу, и только синяя жилка пульсировала на его виске под тонкой кожей. А затем, он сделал шаг вперед, оглядывая толпу бандитов, готовых к драке. Он с безразличным видом пересчитывал поголовье пустынников, как будто прикидывал свои шансы на победу. Я затаила дыхание, ожидая скорой развязки.
Сердце екнуло, когда капитан стащил с себя мундир и протянул ведьме, игнорируя шипение бандита. Марна вцепилась в белоснежную ткань, словно та была последней надеждой к спасению.
– Прикройся.
Ратка с любопытством, но без страха проследил, как Снорре обнажает меч. Капитан взглянул на острейшее лезвие, как будто проверял, готово ли оно к схватке.
– Ималия, знаете ли вы, почему Снорре занял место капитана княжеской гвардии, пускай даже не является уроженцем Аралиона? – весело спросил Лоркан, подмигивая мне. От его легкомысленности мне стало жутко. Снорре стоял с обнаженным мечом, перед толпой головорезов, которые, ухмыляясь, ждали, пока он сделает первый шаг.
Все было просто обязано закончиться ужасно и кроваво.
– Нет, – прохрипела я, от переживаний окончательно теряя голос, – не знаю.
– Сейчас узнаете.
Единственное, что произнес Снорре, прежде, чем вступить в бой, короткое “Закрой глаза”, брошенное в сторону Марны. Но она ослушалась, и не закрывала глаз, когда холодная сталь вспарывала чужие глотки, орошая сухую землю горячей кровью. Когда вокруг падали тела, и жизнь быстро покидала их.
Я зажмурилась, не в силах видеть, как Снорре методично уничтожает пустынников, одного за другим. Меч вонзался в плоть, повергая врагов на землю, без права помилования. Он двигался бесшумно, словно тень, и разбойники не успевали за его перемещениями. Грациозный и смертоносный, когда он, наконец, остановился, белая сорочка оказалась залита кровью, сменила свой цвет на алый. А вокруг – ни одной живой души, кроме маленького отряда. Ратка, зажимая рваную рану в боку, беззвучно шептал что-то, на губах выступила кровавая пена.
Его минуты были сочтены.
За спиной облегченно выдохнул гвардеец. Они не вмешивались,то ли верили в силы своего капитана, то ли боялись навлечь на себя его гнев. Снорре вырезал всех и каждого, кто хоть как-то был причастен к похищению Марны. И не испытывал никаких угрызений совести по этому поводу.
Вытерев меч о рукав, Снорре подошел к Марне, которая сжалась в клубок у его ног.
