Андрей вел счет, разглядывал меня без лишнего стеснения, награждая собственническими взглядами.
— А вообще, красиво поженились, — отметила я, когда молчание стало совсем уж невыносимым.
— Не обошлось без неожиданностей, — усмехнулся новоиспеченный супруг.
— Это ты про божественное благословение? — незаметно для самой себя перешла я на неофициальное обращение.
— И про него тоже. — Андрей посмотрел на меня в упор.
Тоже? А что тогда еще?
— Что происходило, когда магия Многоликого скрыла тебя?
Это он про светлячков, я так понимаю.
Закусила губу, гадая, как бы поизящнее выкрутиться. Раскрывать перед ним карты я точно не собиралась.
— Ничего не было. Я ведь пустышка. Потому светлячки и закрыли меня от постороннего взгляда. Чтобы злопыхатели… меньше злопыхали.
Кажется, прокатило. Андрей улыбнулся и скользнул задумчивым взглядом по моему лицу.
— Светлячки…
И чего придирается к словам? Как их еще прикажете называть?
Остаток пути ехали молча. Не знаю, какие мысли посещали светлую голову Воронцова, а я продолжала беспокоиться о брачной ночи.
Может, князь с горя напьется и уснет лицом в салате? Хорошо бы. Ну или как вариант могу напиться я. До того состояния, когда со мной станет неинтересно сливаться в любовном экстазе.
Тут же забраковала эту идею. Нет, Маша, тебе надо сохранять ясный ум и твердость духа.
А Воронцов пусть заливает горе на здоровье.
Когда карета въехала в ворота дворца, я почувствовала, как меня снова накрывает страхом.
Это же опять придется черт знает сколько находиться в центре внимания, выслушивать бесконечные поздравления, терпеть на себе насмешливые взгляды… Уверена, таких язв, как Анна, даже благословение Многоликого не удержит от едких замечаний.
Ну ничего, прорвемся! Церемонию в храме пережила, переживу и вечеринку в Пламенном.
Экипаж остановился возле парадного входа, заполненного придворными. Разодетая знать была повсюду: на ступенях мраморной лестницы, на площадке, окружавшей фонтан со статуями элементалей.
Хорошо хоть цесаревича нигде видно не было. Его ухмыляющаяся рожа действовала на меня что красная тряпка на быка, вызывая самые нехорошие порывы и эмоции.
— Нервничаешь? — донесся до меня голос Андрея.
Перевела на него взгляд, кивнула:
— Есть немного. Опять на нас все будут пялиться и за глаза шептаться.
— Не думай об этих людях, — неожиданно тепло посоветовал благоверный. — Они тебе никто, никем для тебя и останутся.
