Этот Лапин нашел бы, где на меня напасть. Не в деревне, так здесь.
— Но кому это надо? — всхлипнула Наташа. — Ведь и правда изжить пытаются!
И теперь эти пытающиеся, будь они неладны, знают, что у меня есть магия. Это плохо. Очень. Вряд ли оставят попытки меня уничтожить, но в следующий раз лучше подготовятся.
Значит, и мне тоже нужно лучше готовиться.
А еще — обсудить эту проблему с аджаном, но он, как назло, не отзывался, отчего я чувствовала себя еще хуже. Снова и снова задавалась вопросом, что с ним случилось, и мысленно спрашивала:
«Чет, миленький, где же ты?»
Аджан все не появлялся, зато спустя где-то час в замок примчался лекарь — еще одна для меня проблема.
Без страховки Чета Данил Астафьич быстро сообразит, что жизнь мне спас не «папенькин» хранитель, а я сама подсуетилась. Пришлось отбиваться от магического эскулапа всеми правдами и неправдами.
— Я в порядке, — настаивала, стараясь сохранять с пожилым мужчиной дистанцию.
— Но ваше сиятельство! — нервничал тот. — На вас же было совершено нападение.
Позвольте вас осмотреть!
Нет, нет и еще раз нет!
— Лучше идите и осмотрите княгиню. Она меня беспокоит, и вас тоже должно беспокоить ее здоровье. — Я даже на всякий случай зашла за ширму и уже оттуда продолжила: — Князю не понравится, что вы не оказываете его матери должную заботу и внимание.
— Но я же… — растерялся бедолага.
— Теряете понапрасну здесь время, пока ее сиятельство, возможно, умирает на своей постели.
Последние слова возымели действие. Тяжело вздохнув, Данил Астафьич поклонился и, простившись со строптивой мной, отправился к Ольге.
— Варя, иди с ним, — велела я своей подопечной, препроводившей ко мне лекаря. — Расскажешь потом, что с княгиней.
— Слушаюсь, барыня. — Поклонившись, девушка засеменила за врачом.
К счастью, вскоре стало ясно, что с Ольгой все в порядке. Просто перенервничала сильно, что негативно сказалось на ее неокрепшем здоровье. По словам Вари, сразу после ухода Данила Астафьича княгиня уснула, не без помощи двойной дозы капель, и я немного успокоилась.
Ключевое слово — немного.
До аджана никак не получалось дозваться, и в голову начало лезть самое страшное. Вдруг он развоплотился? Данил Астафьич ведь рассказывал, что Ольга спасла свою болонку… пардон, хранителя от развоплощения. А вдруг Чету повезло меньше? Что это вообще такое? Смерть? Вечное забытье? Что тот мерзавец сделал с моим рогатым другом? Чет бы не вопил как резаный, если бы ничего не случилось! А значит…
Ничего хорошего это не могло значить.
