Просто обнаружил в почтовом ящике открытку с приглашением в Москву на пятидесятилетний юбилей, который будет праздноваться в ресторане гостиницы «Белград» 6 июня в девятнадцать ноль-ноль. Он сел в поезд, приехал в Москву и в указанный день в одиннадцать часов вечера подошел к гостинице (ко времени, написанному в приглашении, следовало прибавить четыре часа). Дальше все шло по годами отработанной схеме. Уже через десять минут Исполнителю изложили заказ, продиктовали медленно и четко нужные сведения и передали задаток.
Вот и все. Никаких лишних разговоров. В этой среде испокон веков существуют свои правила, здесь не ведут разговоров о гарантиях и не пытаются друг друга надуть. Отлаженная система контроля никому не позволяет выкидывать фортели, и Исполнитель знал: есть люди, которые позаботятся о том, чтобы оплату за свой труд он получил вовремя и полностью, и которые проследят за тем, чтобы он не схалтурил.
Дурные предчувствия не томили Исполнителя. Он не тешил себя мыслями о своей исключительности и неуязвимости, прекрасно понимая, что рано или поздно либо сам совершит ошибку, либо обстоятельства сложатся особенно неблагоприятно, и относился к этому философски.
Он не был садистом и не получал удовольствия от своей работы. Просто он умел ее делать хорошо и нашел среду, в которой на эту работу всегда есть спрос.
* * *Толпа у стойки регистрации поредела, и Захаров тронул за локоть своего спутника.
— Пойдемте, Аркадий Леонтьевич. Регистрация на ваш рейс заканчивается.
Пожилой субтильный Аркадий Леонтьевич нервно поправил очки и двинулся к стойке.
— Ну, спасибо, Дима, — напряженно улыбнулся он, забирая у девушки-регистратора свой билет. — Мне было приятно с вами общаться. Передайте вашему шефу благодарность от меня. У вас чаевые, как я понимаю, не приняты?
— Ни в коем случае, — подтвердил Захаров. — Оплата только через фирму.
— Жаль, — огорченно вздохнул Аркадий Леонтьевич. — Я хотел бы отблагодарить вас лично. Вы мне очень понравились. Но нельзя так нельзя.
— Для нас лучшая благодарность — повторное обращение в нашу фирму.
Произнося эту дежурную фразу, Дима легонько подтолкнул своего клиента к выходу на посадку. «Иди уж наконец, — устало подумал он. — Время два часа ночи, я хочу спать, а ты мне своей благодарностью голову морочишь».
— Счастливого пути, Аркадий Леонтьевич! Будете в Москве — мы к вашим услугам.
— Да-да, непременно, Дима, непременно. Буду иметь дело только с вашим агентством.
