А Курт еще несколько лет держался на расстоянии, боясь до конца поверить, что Зак действительно завязал.
Никто и никогда не узнал, чего это стоило Заку. Ломка, пережитая в одиночку. Месяцы серых будней, когда все мысли были только о том, как хочется закинуться хоть чем-нибудь. Тщетные попытки найти хоть какое-то занятие, способное отвлечь Зака от сжигавшей его тяги. Когда уже стало казаться, что ничего не получится и в итоге он снова вернется к леденцам, Курт принес сценарий и предложил присмотреться к роли второго плана.
— Денег выплатят как за главную роль, — сухо сказал он. — Но полицейский-дуболом с двумя извилинами слишком примитивен.
Зак, привыкший доверять его чутью, принялся за чтение. Спустя несколько часов он понял, что навертел на себя кучу одеял и читает с фонариком. Незаметно для самого себя он погрузился в мир героя. Парня с внушительным психиатрическим диагнозом, ставшим свидетелем преступления."
"Это стало его новой зависимостью в считанные дни. Еще глубже в роль, еще полнее в персонажа — он словно пытался обыграть сам себя, вжиться в чужую шкуру, чтобы забыть про свою.
А когда выныривать на поверхность все же приходилось, спасала еда. Очень долгое время она казалась совсем картонной без дополнительной стимуляции мозга, но потом Зак все же научился снова получать от нее удовольствие… много удовольствия. Настолько, что пришлось научиться себя ограничивать.
Постепенно он нашел какое-то равновесное состояние. Позволял себе наслаждаться едой, а потом потел в спортзале.
Зак никогда не занимался спортом сколь-нибудь серьезно, и первое время упражнения давались с трудом. Но со временем Зак начал находить в них свою прелесть. Монотонные повторы, сосредоточенность на правильности выполнения, физическое измождение в конце тренировок отлично прочищали мозги.
Зак смог научиться жить без наркотиков. У него получилось не превратиться в бледную тень самого себя, живущую только воспоминаниями о том, как было хорошо раньше. С леденцами жизнь была проще, но без них — куда интереснее — и Зак не кривил душой.
Но Деб считала иначе. Где-то глубоко в душе Зак понимал, что именно его уход тогда подтолкнул ее к краю пропасти. И как мог пытался расплатиться. И с ней, и с Куртом, и с собственной едва не загубленной жизнью.
И только Эрик своим отношением к жизни, этаким невольным ультиматумом, заставил Зака наконец вспомнить, что он просто человек.
Человек, который насовершал ошибок, но все-таки имеет право быть счастливым.
