В блюде есть соль, специи, я даже добавил один из твоих любимых соусов. Тот, что на основе льняного масла. Просто попробуй, без предубеждения к здоровой пище.
Что-то хлопнуло. Эрик далеко не сразу понял, что это слетела крышка с бутылки камероновского коктейля — с такой силой тот сжал ее в руке.
— Спасибо, — Зак больше не улыбался, а крепко сцепил зубы. — Нет.
И он пошел к двери.
— Да перестань уже вести себя, как маленький! — крикнул ему вслед Эрик. — Жизнь не кончилась, если у тебя отобрали кусок свинины! Вкусное — не значит утопающее в жиру и залитое майонезом! Просто съешь наконец эту чертову курицу!
Зак застыл, подняв ногу и так и не опустив ее на пол.
А потом развернулся. Несколько секунд буравил его взглядом, прежде чем решительно подойти вплотную.
— Когда я слезал с наркоты, почему-то никому не пришло в голову пойти и купить марку-другую, — прошипел он ему в лицо. — И бегать за мной, уговаривая: ну что ты Зай, как маленький, давай, просто проглоти чертову дозу! Нет. Мне пихали чертовы коктейли и приносили ремни покрепче, чтобы я мог сам привязать себя к кровати.
Я блевал этими гребаными коктейлями, рвал ремни и плакал от желания грузануться, да покрепче. Но я выкарабкался. Сумел снова почувствовать запахи, вкусы. Найти что-то еще, кроме гребанных таблеток. И вот сейчас ты стоишь здесь и снова, и снова пихаешь мне очередной пакетик с дурью, — его голос задрожал, а рука будто сама собой потянулась к тарелке.
А в следующую секунду она полетела в стену, а Зак быстрым шагом вышел из кухни.
Эрик обвел взглядом кухню. Посмотрел на осколки тарелки, брызгами разлетевшиеся во все стороны, на неаппетитную кучу на полу, еще минуту назад бывшую овощным рагу с куриной грудкой-гриль, и едва подавил желание достать из кармана телефон. Набрать номер Курта, наплевав на разницу во времени и что он может быть занят, и спросить, какому шарлатану он доверил Зака в свое время. Как Льюис, за милю чувствующий фальшь, мог проглядеть коновала, не избавившего Зака от зависимости, а просто тупо подменившего ее на другую.
Надо было собрать осколки, выбросить испорченную еду, вспомнить, что сам пропустил обед. Но Эрика душила обида и злость, а еще ему было отчаянно страшно. О каком будущем может идти речь, когда Зак не может довериться ему в самых простых вещах."
"Почти бегом Эрик дошел до машины, завел мотор и рванул с места, едва открылись ворота.
Глава 47
Не стоило бить тарелку. Свернувшись на постели, Зак больше не мог думать ни о чем другом.
