— Я купил мяса на стейки, — сказал, все еще не в силах отпустить Камерона.
— Я тоже, — негромко рассмеялся Зак и крепко его обнял. — Но давай проговорим еще раз, — сказал затем тихо. — Я не буду спать с Куртом — и ни с кем другим, разумеется, тоже. Но это не значит, что мы не будем общаться. Увольнять его я не собираюсь.
— Ты давно его знаешь? — спросил Эрик.
— С детства, — Зак чуть улыбнулся. — Лучшие друзья были и в школе, и в Академии. Да и вообще всю жизнь.
Эрик почти ожидал такого ответа, и все равно под ребрами больно кольнуло: он в очередной раз ощутил собственное одиночество.
Отец слишком часто менял работу, и Эрик просто не успевал завести друзей. А став постарше, и вовсе сторонился общества, чтобы никто не узнал ненароком, какие тайны скрываются за стенами его дома.
— Он действительно хороший друг, раз ваши отношения выдержали испытания деньгами, — Эрик улыбнулся и мог только надеяться, что получилось правдоподобно. — У меня таких никогда не было, — признался тихо. — Да и вообще никаких.
Вместо ответа Зак его поцеловал.
— У меня тоже не так уж и много,— заверил затем шепотом. — Собственно, только Курт и есть.
— Но это на одного больше, чем у многих, — Эрик обнял его, мягко укутывая в свои руки. — Только пусть держит штаны на замке! А то я подарю ему пояс верности и не отдам ключа, — сказал с усмешкой, с удивлением понимая, что больше не злится на Курта.
Зак рассмеялся, покачав головой и потянул его на кухню.
* * *"
"— Извините, мистер Ласард, это все, что смогли найти, — девушка-костюмер быстро распарывала шов на камзоле.
— Я успею подогнать, через полчаса будет готово.
— Не волнуйтесь, если что — пойду в рубашке, — успокоил ее Эрик, надевая свой пиджак.
Камзол оказался слишком узким. Стоять в таком было еще возможно, но вот о работе с мечом можно было забыть.
Эрик глянул на лежавший на столе меч и закрыл глаза, позволяя гримеру работать с его лицом.
Сегодня он совершенно не волновался: у них с Камероном было достаточно времени, чтобы отрепетировать бой.
Изобразить чувства оказалось труднее, но и с этим почти не возникло проблем — кто бы мог подумать, что недавняя ссора послужит еще и эмоциональным ориентиром. Эрик, если бы мог, с радостью позабыл бы и свою ревность, и мучивший его страх, и горькую, разъедающую все ярость. Но его память запечатлела все с фотографической четкостью, а привычка анализировать разложила каждое событие до мельчайших деталей.
Зак был превосходным мечником.
