Белла, чтобы не выслушивать его раскаяния, притворялась спящей. Ее глаза были закрыты, но дыхание не выровнялось и пальцы время от времени нетерпеливо подрагивали.
Долгую минуту я вглядывался в ее лицо. Пока не подумал, что вижу ее в последний раз. При этой мысли грудь пронзила острая боль. Может, потому, что я терпеть не могу головоломки, оставшиеся неразгаданными? Объяснению недоставало убедительности.
Наконец я сделал глубокий вдох и подошел ближе.
Увидев меня, Тайлер что-то попытался сказать, но я приложил палец к губам.
– Она спит? – шепотом спросил я.
Белла вдруг открыла глаза и уставилась мне в лицо. Сначала ее глаза были широко раскрыты, потом она прищурилась – сердито или подозрительно. Я вспомнил, что должен придерживаться своей роли, поэтому улыбнулся, будто этим утром не случилось ничего особенного, разве что она ударилась головой и у нее слегка разыгралось воображение.
– Слушай, Эдвард, – заговорил Тайлер, – ты извини…
Я вскинул руку, прерывая его извинения.
– «Нет крови – нет фола», – иронично произнес я.
И, не подумав, слишком широко улыбнулся шутке, весь смысл которой был понятен только мне.
Тайлер передернулся и отвел глаза.
Оказалось на удивление просто не обращать внимания на Тайлера, который лежал на расстоянии пары шагов от меня, и его глубокие раны все еще сочились кровью. Раньше я никак не мог понять, как Карлайлу это удается – не замечать крови пациентов, чтобы лечить их. Не может быть, чтобы этот постоянный соблазн не отвлекал его и не подвергал опасности.
Но теперь… мне стало ясно: стоит только сосредоточиться на чем-нибудь по-настоящему, соблазн перестает действовать.
Даже свежая кровь Тайлера, оказавшаяся на самом виду, не шла ни в какое сравнение с кровью Беллы.
Сохраняя дистанцию между нею и мной, я присел на кровать в ногах Тайлера.
– Ну, каков вердикт? – спросил я у нее.
Она чуть выпятила нижнюю губу.
– Все хорошо, а они меня не отпускают. А тебя почему не привязали к носилкам?
Ее нетерпеливость вновь вызвала у меня улыбку.
Я слышал, что Карлайл уже в коридоре.
– Меня здесь знают, – беззаботно объяснил я. – Не бойся, я пришел освободить тебя.
Пока мой отец входил в палату, я наблюдал за реакцией Беллы. Ее глаза округлились, рот удивленно приоткрылся. Я внутренне застонал. Да, она несомненно заметила сходство.
– Итак, мисс Свон, как вы себя чувствуете? – спросил Карлайл. Благодаря своему удивительному умению находить подход к пациентам ему моментально удавалось расположить их к себе.
