«Пока ты не поправишься, пока не будешь готова. Пока я не найду в себе силы, в которых нуждаюсь».
Она улыбнулась, несмотря на боль:
– Знаешь, а ведь я всегда буду рада.
«Всегда» – в понимании смертных.
– Ну, со временем пройдет. – И я поддразнил ее: – Это всего лишь школьный роман.
Она попыталась покачать головой, но поморщилась и прекратила попытки.
– До сих пор не верится, что Рене так легко купилась. Но ты-то должен понимать.
– В этом и заключается прелесть человеческой жизни, – тихо ответил я. – В переменах.
– Ждешь, затаив дыхание? Не дождешься.
Я невольно рассмеялся над ее недовольным выражением лица. Ей же известно, как долго я могу обходиться без дыхания.
Торопливо вошла Глория, уже держа шприц наготове.
«Ему надо дать ей, бедняжке, отдохнуть и успокоиться».
Я посторонился еще до того, как она успела пробормотать «разрешите?», шевеля только одной стороной рта. Отойдя, я прислонился к стене в другом углу палаты, чтобы освободить Глории место. Мне не хотелось раздражать ее, чтобы она не попыталась снова выставить меня.
Где сейчас Карлайл, я точно не знал.
Белла тревожно смотрела на меня, явно опасаясь, что прямо сейчас я и уйду. Я попытался придать лицу ободряющее выражение. Когда она проснется, я буду рядом. Все время, пока я нужен ей.
Глория ввела в капельницу обезболивающее.
– Вот так, дорогая. Теперь тебе полегчает.
В ответном «спасибо» Беллы особой признательности не ощущалось.
Прошло всего несколько секунд, и у Беллы начали слипаться глаза.
– Действует, – отметила Глория.
Она многозначительно посмотрела на меня, но я отвернулся к окну, делая вид, что не заметил намека. Она бесшумно закрыла дверь за собой.
Я метнулся к Белле, приложил ладонь к невредимой стороне ее лица.
– Не уходи… – невнятно выговорила она.
– Не уйду, – пообещал я. Она уже засыпала, и я счел возможным сказать правду: – Как я уже говорил, пока ты рада мне… и пока это в твоих интересах.
Она вздохнула, уже уплывая в забытье.
– …не одно и то же.
– Не думай сейчас об этом, Белла. Продолжим спор, когда ты проснешься.
Уголки ее губ загнулись кверху в слабой улыбке.
– Ага.
Я наклонился, поцеловал ее в висок и прошептал «я люблю тебя» ей на ухо."
"– И я тебя, – пролепетала она.
Я невесело рассмеялся:
– Знаю.
В том-то и беда.
Борясь со сном, она повернула голову ко мне… испытующе вгляделась.
Я нежно поцеловал ее в разбитые губы.
– Спасибо.
– Не за что.
– Эдвард… – мое имя она едва выговорила.
– Что?
– Я ставлю на Элис, – пробормотала она.
