Удержаться в шутливом настроении не удалось. Казалось, все внутри у меня таяло от текучей радости, пока я отвечал ей чистую правду:
– Ты сказала, что любишь меня.
Она отвела взгляд и спрятала лицо, уткнувшись в мое плечо.
– Это ты и так знал, – шепнула она. Тепло ее дыхания проникало сквозь хлопковую ткань рубашки.
– И все равно услышать это было приятно, – пробормотал я, касаясь губами ее волос.
– Я тебя люблю.
Эти слова не утратили способности приводить меня в восторженный трепет. Наоборот, подействовали сильнее.
Очень многое значило для меня то, что она произнесла их сейчас, зная, что я слушаю ее."
"Мне хотелось еще более сильных слов, которые в точности описывали бы, чем она стала для меня. Во мне не осталось ничего, не имеющего отношения к ней. Мне вспомнился наш первый разговор и то, как я в то время был убежден, что на самом деле жизни у меня нет. Теперь все обстояло иначе.
– Теперь ты – моя жизнь, – шепнул я.
Небо по-прежнему застилали плотные облака, но солнце прожигало себе путь из глубин за ними, и комната наполнялась золотистым светом.
Воздух становился чище и свежее, чем обычно. Мы медленно покачивались, я обнимал Беллу, впитывая ее совершенство.
Как я уже не раз думал за последние сутки, я был бы полностью доволен всем, что только есть во вселенной, если бы мне никогда больше не пришлось двигаться с места. И поскольку Белла словно таяла, приникая ко мне, полагал, что и она считает так же.
Но на мне лежали обязанности. Требовалось усмирить свое буйное ликование и подумать о прозе жизни.
На секунду я прижал Беллу к себе чуть крепче, а потом заставил себя расслабить руки.
– Пора завтракать, – напомнил я.
Белла медлила – видимо, так же, как и я, не желала, чтобы нас разделяло пространство. Потом повернулась, отстранившись так, чтобы очутиться лицом к лицу со мной.
Ее глаза стали круглыми от ужаса. Рот приоткрылся, руки взметнулись, прикрывая горло.
Я так перепугался при виде ее потрясения, что никак не мог понять, в чем дело. С помощью своих чувств, обшаривающих пространство вокруг нас, словно щупальца, я лихорадочно искал возможную опасность.
И вдруг, когда я был уже готов выскочить в окно, на руках унося Беллу в безопасное место, испуг на ее лице сменился лукавой усмешкой. А я наконец проследил связь между своими словами и ее реакцией и понял, что она меня разыграла.
Она хихикнула:
– Шутка! А ты говорил, что актрисы из меня не выйдет!
Мне понадобилось полсекунды, чтобы взять себя в руки.
