Через два года после свадьбы Артемиды рядом с Агафреной появился любящий мужчина, однако воспоминания об обстоятельствах его появления вызывали у Агафрены злые слёзы.
Через два года после свадьбы сестры Агафрена Брангийская была похищена.
С идеей присоединить соседнюю провинцию пришлось распрощаться, однако старый Борис по-прежнему оставался «на коне». Он полностью контролировал Брангию, он командовал пусть небольшой, но прекрасно обученной и оснащённой армией, он обладал авторитетом и… Эйфория от успехов привела к расслабленности.
А расслабленность – к беде. Отказывая сватам Вениамина, Борис понимал, что северный сосед будет недоволен, но даже представить не мог, какие формы примет это неудовольствие. Забыл о публичном заявлении Мритского, что он восхищён красотой Агафрены. Не сообразил, что после этих слов тот не остановится.
Ещё через неделю четыре импакто Вениамина блокировали доминатор, на котором Агафрена отправилась гостить к Артемиде, принудили его приземлиться, сняли с борта главную пассажирку и доставили её в Мритск.
Тем же вечером состоялась свадебная церемония, на которой никто не задавал невесте глупых вопросов, а затем – первая брачная ночь, имевшая все признаки изнасилования.
– Когда ты проведёшь эксперимент? – поинтересовалась Агафрена, тоже поднимая глаза к парящему рундеру. Чтобы не мешал зонтик, ей пришлось немного податься вперёд.
– Завтра, в первой половине дня, когда точка перехода будет активна, – тут же ответил Холь.
– У нас всё готово.
– Абсолютно всё?
– Последнюю поверку я проведу после обеда. – Если Алоиз и удивился неожиданному интересу женщины, то никак этого не продемонстрировал.
– Насколько далеко от форта отойдёт рундер?
– Если пожелаешь, то мы останемся рядом, – пожал плечами инженер. – И ты сможешь наблюдать за ходом эксперимента с этого самого кресла.
– Главное, чтобы всё закончилось до наступления жары, – с наигранной томностью произнесла Агафрена. – После полудня здесь становится невыносимо.
– Договорились.
Желание поцеловать любимую стало невыносимым, Холь едва сдерживался.
Агафрена и походила, и не походила на его покойную жену. Внешне – как две капли воды. Алоиз не сомневался, что если бы Артемида дожила до возраста сестры, то выглядела бы так же: свежа, наполнена женственной силой, красива… Красива настолько, что перехватывает дыхание и путаются мысли. Красива настолько, что ради неё можно и убить, и умереть.
